Татьяна Сергеевна с другого края чуть до потолка не подскочила от неожиданности!

Но потолки были высоко. А трясло позади изрядно. Поэтому никто толком не обратил внимание. Фотограф с невестой так вовсе не замечали. А Боря только снова брови свёл вместе, задумался.

«Без батареек работает, значит», — сразу всё понял внутренний голос. Всё-таки Глобальный знал большую часть ассортимента магазина для взрослых и почти сразу всё понял.

Вручили ему пульт всевластия над женщиной, словно одного ошейника по праздникам и «при случае» Татьяне Юрьевной было недостаточно. Но для того, чтобы удостовериться, снова на кнопку вдавил.

Таша, как она просила называть её по-домашнему, только взвизгнула и ладонью по обшивке стукнула. А затем посмотрела на него выразительно. В глазах счастье вперемешку с похотью.

«Так-так-так», — теперь уже точно понял всё Боря и начал развлекать себя в дороге пультиком так, что определял возможности новой игрушки в Татьяне Юрьевне на слух.

Нажмёт на «далее» в виде стрелочки, а рыжая подруга зубы стиснет, но выдавит «ох!». Затем губа чуть в сторону съезжает, пока не прикусит.

Нажмёт снова — глаза закатит, лбом в стену упрётся. И потеет как в бане.

Боря присмотрелся к ней искоса. Щёки розовые сразу стали, как будто стометровку пробежала на скорость.

«Бодрый румянец, лихо её пробирает», — ухмыльнулся Боря и снова на кнопку нажал.

— О-хо-хо, — тут же донеслось от Татьяны Юрьевны, и она махать себе на лицо ладонью как веером начала.

Будь она дамой эпохи Ренессанса, ей вполне подошла бы и собачка, что вьётся у пышного платья, на которую можно сослаться во многом. Но на подруге невесты было лишь красное платье в открытым верхом без плеч и лента «свидетельница», которую напялила тёща, «чтобы было».

— Правда, хорошая фотка получилась? — повернулась к Таше невеста, которая все комментарии на свой счёт воспринимала. А фотограф ей на маленьком дисплее без зеркального фотоаппарата показывал то одно фото, то другое. Тут же что-то удаляли, что-то оставляли.

В работе люди. Лучше не отвлекать.

— Правда, — ответила, глядя совсем не на дисплей, а глубоко в вечность рыжая чертовка. А когда новый виток вибрации обрушился на неё изнутри, голос её истончился. — Ой… Ах… А можно окно открыть? Жарко! — попыталась сделать она голос тут же как можно жёстче и грубее, но удалось это ровно на пару слов.

— Тебя же и так уже продуло, — донеслось от мужчины-спортсмена спереди, но окно в потолке для подруги невесты всё же открыл.

В этот момент фотограф заставил невесту подняться и что-то изобразить в камеру. Между Борей и Татьяной Юрьевной тут же создался свободный коридор.