А где-то в отдалённом вип-зале Вишенка решал свои проблемы. И представители всех трёх залов то и дело пересекались в вестибюле и на крыльце, чтобы поговорить по душам по поводу и без. И даже залитый зелёнкой полковник перестал всех смущать, едва Стасян постановил:
— Ну что я могу сказать? За такой камуфляж мы просто обязаны выпить! Бармен, плесните товарищу Шреку!
Глава 15 Стройка: окопался? Заливай!
Несколько дней спустя.
Боря остановил автомобиль у участка, заглушил мотор и распахнув дверь, прислушался. Время самое утро, но среди полей уже раздавался отчётливый стук молотка. Это разнорабочий Сидоренко дождался доставки ближе к ночи, а как привезли доски и арматуру в придачу с ведром гвоздей и шурупов, отоспался в кунге и пытался монтировать опалубку.
Основу он прикреплял к вкопанным и углубленным брускам шурупами, а наиболее явные щели досочного щита подбивал молотком, чтобы доски сидели плотно друг к другу, (порой просто до уровня атомов).
Боря переоделся в рабочее и подхватив из багажника инструменты с дарами природы и химии, начал настраивать себя на долгую работу. Судя по доставленной горе песка, щебня и валяющимся в беспорядке у кунга рулонам скатанного гидроизоляционного материала, основная работа была впереди. А разнорабочий скорее делал вид, что работает, чем углублялся в детали.
Боря обошёл кунг, скинул инструменты и прошёлся вдоль всех вырытых траншей, затем пригляделся к строителю. Траншеи-то широки и глубоки, вопросов нет. Но Стасян страдал. И от каждого удара морщился, так как отдавало сразу в голову. Но с этим Глобальный никак не мог помочь. Похмелье — оно такое.
Впрочем, всегда можно было помочь природно-медикаментозно страдающему организму.
— Что, Стасян, тяжко тебе? — улыбнулся Боря и протянул двухлитровую банку с огурцами из тех самых даров.
Бывший крановщик, (а ныне ответственный муж-домостроитель) поднял взгляд и от вида запотевшей баночки рот наполнился тягучей слюной.
— Угу, — прошептал он одними пересохшими губами и в одно движение открыл законсервированную банку, как иные отвинчивающиеся крышки.
Игнорируя плавающие огурцы, тут же пригубил рассола. Пил жадно, много. И как на вид, так сразу залил в себя литр. После чего опустил банку, вытер губы и блаженно выдохнул:
— Спаситель!
Боря хмыкнул, достал тут же огурец из возвращённой банки и захрустев им, добавил:
— Оказывается, если пить лимонад вместо шампанского, то голова не болит. А если вместо вина виноградный сок, то получается отменная брачная ночь. А если вместо
— Да понял я, понял! — отмахнулся Стасян и снова взялся за молоток, так как шуруповёрт разрядился, потом разрядился и сменный, а на участке не было света, чтобы зарядить оба. — Но и ты меня пойми. Свадьба — это событие.