Оценив объём оставшихся работ за долю мгновения, Зина рисковать не стала и сбросила ноги. Она давно договорилась с грыжей между пятым и седьмыми позвонками, что максимальная нагрузка в центнер веса — это предел. Поэтому руки разжались ещё до того, как вес в более чем сто килограмм помог хрустнуть позвонкам.

Вот и получилось, что никто сам по себе один не виноват, а Князь рухнул как водный матрас. Все трое посмотрели друг на друга, не зная с чего начать, пока он колышется.

— Слушайте, а давайте его просто под стол закатим? — тут же предложила быстро захмелевшая Марина, включив опцию «я такая пьяненькая, что тут у вас происходит?»

На самом деле при её конституции в сорок с лишним килограмм это было сделать не сложно, даже просто понюхав крышечку от алкоголя. Но чаще чернявая притворялась что пьяна, чем нередко пользовалась, когда не хватало смелости.

— И накроем чем-нибудь, — тут же добавила она немного виновато. — Скатертью, например.

— Не, человек серьёзный. Может нас за такие приколы поутру в асфальт закатать, — предупредил Боря и немного подумав, добавил. — Давайте хотя бы НА скатерть положим.

— Или покладём? — добавила с важным видом Зина.

Марина спорить не стала. Она в этих делах не шарила и предпочитала слово «засунем». Но раз человек серьёзный — может обидеться.

Однако, план готов. Сказано — сделано. И на этот раз приподняв дружно тело, втроём уложили его не просто на скатерть, но и на выделенную для этого дела скамейку. Попутно запеленав раненного и обездвижив руки, чтобы не вертелся и не свалился повторно. А чтобы свет в глаза не бил с потолка — накрыли с головой. Тело поёрзало немного, возмутилось, но анестезия действовала. Вскоре Князь храпел, довольный жизнью. Мышцы расслабились, не замечая травмы. А что ещё нужно?

«Заживает на глазах»! — подтвердил внутренний голос сантехника.

Посчитав дело сделанным, Боря подлил обеим дамам «за знакомство и благоразумие». Всё-таки любой труд должен быть оплачен. Хотя бы знаками внимания.

Только закусывать нечем. И хотел Глобальный того или нет, в основной дом всё равно идти придётся. Даже полотенца по щелчку не появятся.

Потому едва подлив, джентльмен тут же заявил:

— Девушки, вы пока переодевайтесь. Погрейтесь, пар давно стынет. Там бассейн, если что. Душ. Весь комплект.

— А ты? — спросила Марина, не одобряя, когда последний мужик на ногах уходит в ночь.

Как и любая женщина, она чётко знала, когда и что надо делать. Но сделает только тогда, когда захочет. Вот с ним бы — сделала. Потому что — захотелось. А он — уходит. Ну как так?