«Слушай, ну подходит только эта Вика. Закончила девять классов, получила средне-специальное, жила в общаге. Адрес, правда, для сиротки не подходит. Прописана в элитном посёлке, где дома дешевле тридцати миллионов не бывают, а работает администратором в каком-то оздоровительном или спортивном, или даже спортивно-развлекательном центре. Адрес прилагаю, есть и телефон. Пока всё».

Следующую ночёвку Боря организовал в Казани. Разглядывая самый большой в мире казан, даже позвонил по телефону. Вдруг не то?

— Администратор «Женского рая», Виктория. Слушаю.

— Здравствуйте, Виктория. Меня зовут Борис.

— Здравствуйте, Борис. Чем могу помочь?

— Скажу сразу, я к вам не по части вашей работы.

— Ой, только не навязывайте мне кредиты.

— Нет, это личное, — постарался держать голос ровным Глобальный. — Ваш отец попросил меня найти вас.

— Что-что?

— Отец… Лапырёв Матвей Алексеевич. Если у вас есть приложение, скину фотографию. У вас один и тот же взгляд.

Лёгкая заминка. Боре показалось, что сейчас повесят трубку, но дрогнувший голос продолжил стойко висеть на телефоне:

— Почему же он сам не нашёл меня?

Боря вздохнул, толком не зная, что добавить по этому поводу. И решил говорить, как есть:

— Вика, он на фронте. Зашёл в Бахмут. Планирует выйти из Артёмовска. Но смертность там… сама понимаешь. А мы вместе прошли через многое. Он попросил меня найти тебя и…

— И что? — её голос чуть взлетел.

— Я пока сам толком не понимаю, — признался Боря потише. — Мы можем обсудить это не по телефону? Я сейчас еду из Казани в Москву и завтра буду у вас. Куда можно подъехать, чтобы нормально поговорить?

— Вы…

— Ко мне можно «на ты», я парень простой. Не майор следственннейшего комитета, не сотрудник Центрового банка и не коллектор с функцией повторного кредитования. Мы ровесники, если подумать.

— Ты… можешь перезвонить через пару часов? Мне тоже надо подумать над тем, как у моего «отца» образовался такой молодой друг? Вы вместе служили?

— Можно сказать и так, — улыбнулся Боря, припоминая полёт баллона через лобовое стекло и братание после первого «артиллерийского» обстрела.

«Чем не фронтовые условия?» — прикинул внутренний голос.

— Ты же понимаешь, что это звучит как-то…тупо.

— Жизнь вообще интересная штука, Вика. Могу я скинуть его фотографии, пока ты думаешь? Мне столько хочется о нём рассказать… если ты готова послушать.

— Да… — ответила она и связь оборвалась.

Боря тут же нашёл в галерее несколько фотографий, которые Шац присылал с фронта, разбавил своим домашним фото с Боцманом и отправил, не особо надеясь, что ему в следующий раз ответят, не занеся в «чёрный список».