— Но почему⁈ — возмутилась я, мысленно уже составив план по захвату чужой территории и разграблению огромных запасов вредного профессора. У меня даже руки зачесались от желания проверить его личную коллекцию ингредиентов.

— Потому, — сухо припечатал Себастьян.

«Исчерпывающий ответ. А главное, какой развернутый и аргументированный» , — мысленно посетовала я, но вслух ничего не сказала.

Наконец мы закончили спуск и, миновав четыре пролета, попали в длинный коридор.

— Нам сюда, — махнул рукой муж, поворачивая направо и входя в первую же дверь.

Моему взору действительно предстала аудитория. По-настоящему большая. У стены слева от входа располагалась кафедра, с которой удобно читать лекции, рядом преподавательский стол и огромная, где-то три на три метра, доска для записей. Сразу возник вопрос, как на ней писать. С помощью лестницы?

Повернув голову направо, я обнаружила ряды парт, амфитеатром уходившие вглубь помещения. Едва ли не к самому потолку, который, кстати, находился очень высоко. Страшно представить, сколько студентов могла вместить эта аудитория. Сотню? Две? Три? Или все пять?

— Итак, начнем, — подал голос Себастьян, проходя вперед и становясь за кафедру. — Срок обучения в академии семь лет. Пять лет теории и два года практических занятий, после которых следует защита дипломной работы. Ты будешь обучать с первого по пятый курс. Здесь учебники, — он указал на гору книг и бумаг вперемешку, занявших практически все пространство стола, — методички по обучению, планы лекций, отчетная документация и ведомости оценок.

— Какая документация? — растерянно переспросила я, направляясь к столу. И чем ближе подходила, тем больше казалась эта куча.

— Отчетная, — хмыкнул муж, усаживаясь на стул и вытягивая вперед длинные ноги. — Или ты думала, что преподавание — это легко? Вышла, рассказала, что хотела, задала вопросы, сварила зелье и все?

— Нет, конечно, — фыркнула я, проходя вперед и касаясь пальцами первых парт.

Хотя, если честно, примерно так я и думала. Конечно, травология и зельеварение считались сложными науками, требующими больших знаний, но практические занятия всегда стояли на первом месте. А меня их лишили.

— Преподавание включает в себя не только передачу знаний, — принялся рассуждать Себастьян, — но и большую ответственность и много-много работы. Есть четкий, строго регламентированный план занятий, которому ты должна следовать. Методички по преподаванию, учебники, конспекты. Вопросы, которых ты должна коснуться. А есть те, которые озвучивать рано.

— Дай угадаю, все это придумал Вайлдери? — произнесла я, взяв в руки первую попавшуюся тетрадь.