Я был один, а вокруг раскинулся сумеречный заполярный день и бескрайнее море.

Меня не покидало странное чувство, как будто время остановилось, как тогда, когда я беседовал за пределами мира с наставником...

Я вошёл в курган Рюрика, ярко зажег свою ауру.

Теперь моя новая мощная аура освещала курган целиком, каждую ворсину Слизевика на полу и стенах, каждый камушек.

Жены Рюрика лежали в погребальной ладье вместе с мужем, сам Рюрик был истерзан магическими скальпелями и серпами — нечестивыми инструментами.

Отпиленный кусок его черепа Мертвякова приставила обратно на место, но он уже сместился, обнажив пустую голову Рюрика.

За погребальной ладьей росла моя рябинка в горшке, здесь, в этом кургане она казалась одинокой и потерянной — сама северная рябина в мире!

Наставник сказал мне, что чтобы завершить мою инициацию, я должен поступить с этой рябинкой, с моим Источником, как поступил бы Крокодил.

А как бы поступил Крокодил?

Ответ был очевиден, я чуял его своим сердцем, своим Древостоком.

Я подошёл к рябинке, нежно погладил её по стволу:

— Экак далеко тебя занесло, сестричка. Ты небось и не подозревала, куда попадешь, когда росла себе в Псковской губернии. И не ведала, что станешь Источником Крокодила. В этом мы похожи, ты тоже не выбирала свою судьбу, ты тоже своего рода попаданец! Дерево-попаданец, про которое мог бы написать книгу сам Рыбаченко.

Я сорвал с рябинки горсть засохших ягод, сунул их в рот, начал жевать, морщась от горечи...

Нет, не то. Всё неправильно делаю.

Крокодил не жрёт буквально. Он не поглощает плоть и мясо, не поглощает душу, он пожирает саму СУЩНОСТЬ.

И я раскинул руки, потом обнял рябинку, как девушку. Я припомнил те ощущения, которые испытывал, когда хотел вырвать сердце Тае.

И Древосток, черная дыра внутри меня, раскрылся.

Меня и мой Источник охватили лютые вихри моей сине-фиолетовой ауры, закрутившиеся в смерчи и волшебные водовороты...

Так.

Через мгновение вся волшебная сила рябинки всосалась внутрь меня, в моё сердце, а от деревца остался только тонюсенький обугленный ствол, без листьев, ветвей и плодов — они все обратились в пепел.

Я тронул этот скелет ствола, и он рассыпался в прах.

Остался только горшок, треснувший от магии, и обгорелая земля в нём.

Я разнес этот горшок в труху одним ударом ноги.

— Всё. Так бы поступил Крокодил.

Я сейчас ощущал силу, уверенность, первозданную рептильную МОЩЬ Крокодила.

Мой Источник теперь был внутри меня, и никто, никто больше не посмеет отнять его у меня!

Алёнка раньше держала меня за яйца, используя эту рябинку, но ведь у Крокодилов, у самцов рептилий яйца скрыты внутри тела! Так что никто больше не схватит меня за них!