Третья барышня была женщиной в летах и необъятного размера, её груди были такими большими и тяжелыми, что ими вполне можно было прибить насмерть человека.

Увидев меня, сестра тут же вскочила и бросилась в мои объятия:

— Братик! Привет! Ты же приехал забрать меня из этого каземата?

— Эм…

Я приобнял сестрицу, такую тонкую и теплую, что у меня возникло впечатление, что я обнимаю нагревшуюся на солнце березку, а не человека. Потом я чмокнул сестру в щечку, а потом поцеловал ей руку, которую Таня мне подала.

— Ты как, сестрица?

— Полностью здорова! И готова отсюда уехать, немедленно.

— И вы уедете, баронесса, — влезла в наш разговор грудастая дама, явно директор этого заведения, — Как только закончите ваше обучение. То есть через четыре года.

— Вы директор? — уточнил я у дамы.

— Да, барон. Соловьева Варвара Романовна, к вашим услугам.

— Рад знакомству, — я поцеловал руку директрисе, пальцы у той были настолько толстыми, что напоминали настоящие бананы, — И хочу заметить, что я совершенно неудовлетворен качеством безопасности в вашем учебном заведении.

— Простите, барон, — извинилась директорша, — У нас такое впервые. Раньше в наших воспитанниц никто ни разу не стрелял. Но теперь-то мы, конечно, примем меры.

— Я в этом уверен, — кивнул я, — А кто эта юная барышня?

Я указал на второкурсницу с мухой на гербе, которая явно хотела мне что-то сказать, но стеснялась.

— Это графиня Мухожукова, братик, — представила мне девушку Таня, — И она спасла мне жизнь! Она меня оттолкнула, когда этот сумасшедший в меня стрелял. И у неё тоже есть магия! Как и у меня теперь. Покажи ему, Аня!

Аня Мухожукова нехотя скастовала стрекозу, которая через мгновение рассеялась в потоках ауры графини.

— Мы можем порождать насекомых и управлять ими, — смущенно произнесла Аня.

— Хм… Спасибо, что спасли мою сестру, графиня, — поблагодарил я Мухожукову, — Но по моей информации Таню хотели только ранить, реальная опасность её жизни не грозила.

— Вот как? — несколько обиженно пробасила директриса, — Значит, вы в курсе о причинах этого покушения, барон? Мне хотелось бы больше узнать об этом, если вы позволите. Если мои остальные воспитанницы в опасности…

— Ваши остальные воспитанницы вне опасности, я уверен, — заверил я директрису Соловьеву, — А почему в Таню стреляли — я вам рассказать не могу, уж простите. Это наше Нагибинское родоклановое дело. Но я вам гарантирую, что больше в ваших воспитанниц никто стрелять не будет. Особенно после того, как я заберу отсюда Таню.

Сестрица вся просияла:

— Заберешь меня? Ура! Спасибо, братик…