Глава 97 — Казнь
«Дабы сохранить честь и достоинство русской магократии и подчеркнуть мою верность древним правам и вольностям магов:
Запрещаю без Моего специального предписания Охранному Отделению применять в отношении задержанных магократов пытки, равно как и провокации…»
Указ Императора Павла I Вечного от 27.04.1964
«Указ Императора Павла I Вечного от 27.04.1964 касательно спецмер к задержанным магам — повелеваю отменить, как морально устаревший…»
Указ Императора Павла II Стального от 03.09.2022
Российская Империя, Санкт-Петербург
4 сентября 2022
11:11
Шаманов проснулся от того, что дверь камеры хлопнула.
Спал он мало и тревожно, его уже почти полдня держали в подземной тюрьме. Где эта тюрьма находится — Шаманов понятия не имел, его привезли сюда с мешком на голове, а смартфон отобрали.
При задержании Шаманова избили так, что переломали ему все кости, но он уже полностью регенерировал.
Так что сейчас Шаманова мучили разве что только страх, усталость и еще голод. Ел Акалу в последний раз еще вчера, а тут, видимо, не кормили…
В тесную камеру, где Шаманов до этого сидел в одиночестве, втолкнули нового постояльца — бородатого мужика в шинели. Стальная дверь за арестантом тут же захлопнулась.
Акалу на всякий случай встал с грязного матраса, на котором он лежал, и уставился на своего нового сокамерника.
Сокамерник выглядел довольно неряшливо — он был бородат, в черных штанах и сапогах, его зеленая шинель была накинута прямо на голое тело.
— Здраститя, — поприветствовал арестант Шаманова, — Я граф Цаплин.
Шаманов ни разу раньше о таких графах не слышал, но кивнул в ответ:
— Баронет Шаманов.
Скрывать свою личность Шаманов особого смысла не видел. Схватившим его агентам Охранки он, конечно, не представлялся, но был уверен, что в Охранке уже и так поняли, кто он такой — по его эскимосскому лицу, по цвету его ауры и по его серой сорочке с гербом Царскосельского Лицея.
— Тебя за что, баронет? — поинтересовался Цаплин.
— Не знаю, — честно ответил Шаманов, — Мне тут никаких обвинений не предъявляли. Вообще со мной не разговаривали, только били. А вас за что?
— Государственная измена, — вздохнул Цаплин, — Я Павла Второго пидором назвал…
— Пидором? — Шаманов вяло улыбнулся, — Эм… Но зачем вы это сделали?
— Потому что он пидор, — уверенно пояснил Цаплин, — А они в Охранке только этого и ждут! Им же главное что? Им главное, чтобы Императора пидором не назвали, а на все остальное им плевать! А вот если кто-то назовет Государя пидором — так сразу сюда тащат… Понимаете?
Цаплин уставился на Шаманова, взгляд у графа был совсем безумным, его глаза нездорово блестели.