Последней сидевшей за столом была Чумновская. Девушка была, как и всегда, в перчатках и масочке. Свои большие голубые глаза она стыдливо опустила, созерцая стол, как будто её тут и не было.

— Эм…Здравствуйте, баронесса, — поприветствовал я Чумновскую, — Рад вас видеть в добром здравии.

Я было потянулся поцеловать Чумновской руку, но девушка в ужасе дернулась, как будто её кто-то ущипнул, так что я решил не пугать её лишний раз и от плана целовать ручку отказался.

— Как насчет моих трикоинов? — спросил я Чумновскую, задание купить мне трикоины я дал вчера именно ей.

— Я все сделала, — торопливо доложила Чумновская, покопавшись в сумочке, она положила на стол бумажный конверт, — Вот здесь. На два дня. Все, что вы заказывали.

— Чудесно, благодарю вас, баронесса, — вежливо поклонился я, — Вы умница. Теперь я знаю, что вам могу доверять самые важные дела.

Чумновская от такого сразу же покраснела, теперь цвет её лица напоминал мой томатный суп. Суп, кстати, уже начал остывать. Пора было уже скорее покончить с приветствиями и перейти собственно к завтраку.

— А как насчет второго порученного вам дела? — спросил я баронессу.

Вторым делом было изготовление поддельного лезвия меча Рюрика. Настоящее лезвие этого древнего артефакта я спрятал вместе с моим холопом Дрочилой, а Чумновской поручил сделать копию. Этой копией я, естественно, собирался водить за нос герцога Кабаневича, который был серьезно настроен лезвие у меня украсть при первой же возможности.

— Я все сделала… — сообщила Чумновская, быстро со страхом на меня глянула, и тут же уткнулась опять в стол.

Нет, она и правда умница. Понимает, что при посторонних такой вопрос обкашливать нельзя. И даже поддельного лезвия у неё с собой нет, ей в сумочку оно явно бы не влезло. Это тоже более чем предусмотрительно. Не хватало еще отдавать мне подделку на глазах у Кабаневича, тогда жадный герцог точно поймет, что к чему.

— Клянусь, я горд быть вашим соратником по ложе, баронесса, — довольно сообщил я Чумновской.

Чумновская от такого чуть не хлопнулась в обморок, а вот Головина нахмурилась:

— Полагаю, вам не следует направо и налево раздавать барышням комплименты в день нашей свадьбы, Нагибин.

— Согласен, — кивнул я, — В день нашей свадьбы мне, прежде всего, нужно позавтракать, баронесса. А то мой суп уже почти остыл. Да и холодная овсянка — так себе блюдо. Вы же, я надеюсь, не против, дамы и господа, если я откушаю?

Все тут же замотали головами, показывая, что никто не против, а отец Головиной высказал общее мнение по этому вопросу:

— Ну что вы, барон. Ешьте на здоровье. У нас же праздничный завтрак, по случаю вашей свадьбы с моей дочерью.