Иконы здесь все были в золотых окладах, а написаны были в западном стиле, так что скорее напоминали картины из музея.

Когда мы вошли, циклопический зал церкви был совершенно пуст, поп появился лишь через минуту.

Местный батюшка тоже был солидней своего коллеги из Знаменской — этот был толст, бородат и очень высок.

— Мы желаем обвенчаться, Ваше Преподобие, — тут же перешел я к делу.

— Не венчаю, — отрезал поп, — В Знаменскую идите. В этой церкви традиционно венчают только Багатур-Булановых, царский клан. Точнее, венчали когда-то, когда Императоры жили в этом дворце.

— Выйдите все, — неожиданно потребовала принцесса, обратившись к Тане, Шаманову и Громовищину, — На пару минут.

— Зачем? — удивилась Таня.

— Делайте, как она говорит, — попросил я, уже поняв, к чему принцесса клонит.

Все ушли, теперь в церкви остались только я, принцесса и поп.

— Я хочу исповедаться, — заявила принцесса.

— Эм… — батюшка напрягся, явно поняв, что в его храм зашли крайне мутные личности с непонятными намерениями.

— Мы вам заплатим за этот обряд, — я тут же протянул попу две сторублевые ассигнации.

— Ладно, но быстрее, — назидательно заметил батюшка, пряча деньги.

— Я согрешила, Ваше Преподобие, — тут же приступила к исповеди принцесса, — Я лгала. Я представлялась графиней дю Нор, но я не она. На самом деле я Арладаар Багатур-Буланова, принцесса.

Поп удивленно уставился на девушку.

Лада активировала свою ауру, вокруг неё заметалось золото, такое же чистое и яркое, как то, что украшало лепнину на стенах церкви.

Девушка кастанула на священника заклинание, но уже через секунду развеяла его, потом стремительно погасила ауру.

Поп пару раз хлопнул глазами, потом почесал бороду и быстро кивнул:

— Верю. Но вы же в курсе, что вас ищут, Ваше Высочество…

— В курсе, — перебила Лада, — И это была исповедь, Ваше Преподобие.

— А, ну да… — священник быстро прочитал положенную разрешительную молитву.

— Вообще это сейчас было не особо разумно… — вмешался я, но принцесса меня перебила:

— Тайна исповеди, барон. Его Преподобие никому ничего не скажет.

— Это так, — подтвердил священник.

Вообще в моем родном мире я бы вряд ли стал полагаться на честность попа, но здесь нравы в этом смысле, видимо, были другими.

В церковь тем временем вернулись Таня, Шаманов и Громовищин, вместе с ними вошел Аристарх Кабаневич, притащивший кольца.

Поп, уже сориентировавшийся в ситуации, тут же закрыл церковные двери изнутри на тяжелый засов.

— Стальные, — продемонстрировал мне Кабаневич кольца, — Тридцать рублей. Пришлось повозиться, чтобы их купить. Там в Лицейском переулке кто-то ювелирку ограбил, так что мне пришлось телепортироваться в другую. А ту, которую ограбили, кстати, крышует наш клан. Так что, я надеюсь, вы не обидитесь, барон…