Павел Стальной настолько страстно говорил свою речь, что теперь снова закашлялся. Пока он кхекал — я глянул на принцессу, вид у девушки был испуганным. Впрочем, оно и к лучшему, меньше будет быковать.
Идея сражаться с самозванцем уже не была такой привлекательной, как раньше, а победа над ублюдком уже не казалась легкой прогулкой.
С другой стороны, Павел Стальной и сам был хорош. Он если и не врал прямо, то совершенно точно приукрашивал ситуацию.
— Да я уже видел твою мощь в Китае, — рассмеялся я, — Ты настолько МОЩЕН, что вынужден просить иностранные державы помочь тебе с оккупацией Желтороссии…
— Это другое, — мрачно бросил мне узурпатор, — Пойми, что никто из влиятельных кланов не хочет воевать за Желтороссию, от этой колонии больше проблем, чем профита. А вот российский трон — другое дело, за такое вся магократия будет рвать и метать. В гражданской войне, если мы с тобой её развяжем, поучаствуют все, даже не сомневайся. Ну и кроме того — ты сам себе срешь в штаны, Нагибин. Ты правильно вспомнил про Китай. Иностранные Империи помогают мне в Китае, верно.
И точно также они помогут мне разделаться с тобой внутри России. Ибо ты никто, и звать тебя никак. И в друзьях у тебя Кабаневичи, которые хотят ввести парламент и конституцию. Думаешь, иностранным Государям охота видеть парламентаризм в России? Думаешь, им хочется, чтобы их магократы тоже взбунтовались и стали требовать прав и свобод для неодаренного быдла? Я тебя уверяю, что нет.
Ты — бунтовщик, Нагибин. И еще хрен знает кто, у тебя нет международной репутации. Так что мои дорогие международные партнеры с удовольствием передислоцируют войска из Желтороссии, чтобы помочь разделаться с тобой. Тебе хана. Сдавайся. Тебе нечего противопоставить моим армиям. Ты победил возле Петропавловки, потому что действовал, как террорист. Да, террорист способен победить Систему в тактической битве. Но войну тебе не затащить…
— Ты забываешь про трёх диких дриад, братан, — напомнил я, — Они со мной. Мама принцессы с ними добазарилась. Они порвут всё твоё воинство.
— Ха-ха! — самозванец хохотнул, потом снова закашлялся, — Кхе… А ты тоже забываешь про дриад, глупый барон. Ты забываешь, что у меня в Павловске этих дриад штук двадцать. Это матери и жены Багатур-Булановых из прямой линии наследования. И, как видишь, ни одна из этих дриад не вышла поддержать тебя…
— Как и тебя…
— Это так. Но вот только когда Багатур-Булановы начнут массово умирать в гражданской войне — дриады зашевелятся, я гарантирую это. Они вылезут из лесов, и они тебя порвут. У тебя четыре дриады. У меня их двадцать. А еще не забывай про стражниц Лейб-Гвардии, Нагибин… У Петропавловки их было всего тридцать, и они смогли доставить тебе проблем. А у меня их осталось еще сто семьдесят. Ты все еще хочешь сыграть в эту игру, ублюдок? Запомни — Павловск неприступен. Это раз. На поле боя тебе не победить. Это два. Сдавайся, это три…