— Можешь. Но не сейчас. Вы же явно не свою брачную ночь обсуждать собрались! — крикнула принцесса.

Девушки начали меня самым натуральным образом перетягивать, как какой-нибудь канат. Меня это несколько выбесило. Я резко, но несильно активировал свою ауру, потом дернул плечами и стряхнул обеих магичек с себя.

Девки повалились на пол. Маша вскочила на ноги первой и выхватила меч…

— Мама! Зови дриад! — завизжала принцесса, — Ты же видишь, она хочет нашей смерти!

Петя холодно улыбался, как будто происходящее его не касалось. Его слуга-перс тоже на всякий случай выхватил из ножен кривую саблю, хотя явно не понимал, кого здесь надо рубать.

Дриада грустно созерцала происходящее и хранила молчание.

Я стукнул кулаком по столу, на ауре и с такой силой, что пластиковый стол треснул, а тарелка из-под вяленой щуки разбилась вдребезги.

— Ну хватит, — приказал я, — Всем заткнуться. Кто первый прольет кровь — того я лично кончу. Слово магократа. Маша, убери меч. Убери меч, Я СКАЗАЛ. А тебе, тюрбан, специальное приглашение нужно?

Последняя моя фраза относилась к персу, который, разумеется, меня не понял, потому что не говорил по-русски. Но я был настолько зол, что не имел никакого желания вникать в его положение. Я просто выхватил у перса саблю и яростно сломал её пополам об колено.

Перс печально поглядел на Петю, Петя коротким жестом приказал ему угомониться.

Маша страстно дышала и смотрела на принцессу, как тигр на добычу, меча она так и не убрала. Принцесса была мрачнее тучи.

Я воздел руки:

— Всем спокойно. Не хватало еще друг друга перерезать прямо во время переговоров с самозванцем. То-то Павел Стальной порадуется, если мы тут выпустим друг другу кишки. Оформите спок, дамы. Маша, говори.

— Но я…

— Никаких «но я», — жестко перебил я жену, — Мы сейчас решаем вопрос с узурпатором. Не с принцессой. Проблемы с Ладой мы будем решать потом. Так что сейчас никаких мечей и никаких дриад, барышни. Так что если у тебя есть нечто важное для меня, Маша — говори. И не медли. Если будем медлить — узурпатор может и соскочить с крючка и закидать нас всех солярис-бомбами. Вы этого хотите, я не пойму?

— Ну ладно, — Маша одарила меня такой издевательской улыбкой, что ей можно было рыбу глушить, целыми косяками, — В общем… Как прикажешь, муж. Я хорошая жена, я слушаюсь мужа.

— Это похвально, — не менее едко ответил я, — А теперь выкладывай.

— Только один вопрос, — Маша наконец сунула свой короткий меч в ножны на поясе, — Никого не смущает, что Павел Павлович в принципе до сих пор жив, нет?

— О чём ты? — хмуро спросила принцесса.