— Вы слышали принцессу, Ваше Величество.

— А вы слышали меня, — с решимостью мертвеца заявил Павел, — Я не собираюсь расставаться с жизнью прямо сейчас. Я не раскрою вам Тайну 2012 года. Ибо это повлечет мою немедленную смерть. И я не буду пускать вашу жену ко мне в голову. Я в принципе не пойду на личный контакт ни с кем из ваших людей, Нагибин. Не на того напали!

— Ну вы и бункерный дед, — хохотнул я, — Вы так и собираетесь до конца жизни сидеть в Павловске?

— Именно, — заверил меня Павел Стальной, — И вы зря ржете, Нагибин. И зря поминаете бункерных дедов. Павловск — это совсем не бункер диктаторов из нашего с вами родного мира. Павловск — неприступен. Дворец — неприступен. Пока я здесь, мне угрожает лишь Либератор, который сидит внутри меня… Но я на сто процентов защищен от любой атаки извне. Магический купол дворца выдержит даже солярис-бомбардировку!

— Мда, но ваши Лейб-Стражницы… Что если они узнают, что настоящий Павел Павлович существует, что он жив…

— Не узнают, — огрызнулся самозванец, — Слушайте, я не любитель, я профессионал. Я знаю, как интернет влияет на умы. Как он может разлагать и воспитывать! Так что я запретил Лейб-Стражницам ходить в интернет, я даже отобрал у них смартфоны. А придворные слухи они никогда не слушали и без этого, кодекс чести Лейб-Стражниц запрещает такое. Так что в их верности можете даже не сомневаться, Нагибин. Запомните два слова. Павловск — неприступен. Неприступен Павловск. Это самое безопасное место в мире. И да — я собираюсь сидеть здесь до конца жизни. Я же не идиот. И давайте не будем к этому больше возвращаться. Тайну 2012 года я вам не раскрою. Делайте, что хотите. Мне плевать, а-кха-кха…

Вот последняя фраза явно была блефом, на свою дорогую жизнь самозванцу было совсем не плевать, Особенно учитывая, что этот параноик намеревался хикковать в Павловске до самого конца своей никчемной жизни. Узурпатора постоянно болтало — от страха смерти до непомерной гордыни и обратно, это всё затрудняло переговоры.

— Ну хорошо, — вздохнул я, — Кто такая вообще Алёнка?

— Теперь она жена Царя из другого мира, — ответил узурпатор, — Кстати, того самого Царя, которого вы притащили сюда с собой, Нагибин…

Я вдруг сообразил, что совсем забыл про кофе, а оно тем временем уже остывало. Я налил чашку принцессе и подвинул ей, потом налил себе.

Отхлебнув, я убедился, что кофе вышел просто отличным — он был достаточно крепким и ароматным и вроде даже с корицей. Принцесса, вопреки своему заявлению, что она не хочет кофе, тоже отхлебнула, причем, не без удовольствия.