Милиционер настолько удивился этому зрелищу, что даже забыл выстрелить. Лада тут же на ауре подскочила к нему и одним ударом в висок отправила усатого в глубокий нокаут.

— Извините, — извинилась принцесса.

Но милиционер её уже не слышал, он растянулся на аллее.

Рация на ремне у милиционера тем временем зашипела:

— Пост, что там у вас? Пост, ответьте. Что там с пионерами…

Соколов глянул на мертвого Жаросветова, из головы которого на траву медленно вытекал мозг вперемешку с кровью, и констатировал:

— Пора отсюда валить. Проходов, я прошу вас… НЕТ!

Лада оторвалась от созерцания нокаутированного милиционера и посмотрела туда, где только что стоял Проходов. Теперь его там не было. Он просто исчез.

— Куда он делся? — поинтересовалась Маша.

— Не знаю, — мрачно ответил Соколов, — Вероятно, отправился в очередной мир. Уже без нас…

— А мы… — произнесла в ужасе принцесса, глядя на то место, где только что стоял Проходов, и в душе надеявшись, что он сейчас появится.

Но он не появлялся.

— Пошли отсюда… — буркнул Соколов.

— Но куда, зачем? — перепугалась принцесса, — Это же даже не наш мир!

— Наш — не наш, а валить надо, — ответил Соколов, потом кивнул на растянувшегося на алее милиционера, — Мы напали на ополченца. И черт его знает, имели ли мы на это право. Так что валить все равно надо… Хотя бы отсюда, от Петропавловки.

Соколов поднял с земли фуражку милиционера, повертел её в руках, разглядывая герб:

— Леший знает что. Красная звезда — символ Марса, бога войны. Серп — символ Астарты. Еще масонский молоток и колосья… Они тут, похоже, не знают христианства и исповедуют хтонические культы. Ладно, пошли…

Маги забросили труп Жаросветова и оглушенного милиционера на газон, а потом решительно двинулись по алее.

Вскоре они оказались у Иоанновского моста. Пройдя мимо мороженщицы и опустевшей будки, где раньше явно и сидел милиционер, они вышли на набережную, полную народа, и огляделись.

— Смотрите, на месте финского ресторана — магазин «Сувениры», — доложила принцесса.

— И одеты все, как нищенки, — сморщила носик Маша.

— Срамота какая! Мужики и бабы вместе, полуголые… — протянул Соколов, разглядывая пляж Петропавловки, заполненный купавшимся народом, — И это в центре столицы! Рядом с тюрьмой!

— Не факт, что тут Питер — столица, и не факт, что тут Петропавловка — тюрьма, — заметила Маша, — Ну что, куда пойдём?

— Без разницы, — ответил Соколов, — Куда угодно, где не так воняет.

— Это от автомобилей, граф, — принцесса указала на проезжавший мимо грузовик.

Из грузовика сзади торчала трубка, источавшая зловонный дым.