Я уже и сам догадался, что из этого всего следует, но мне хотелось услышать подтверждение моей крутизны из уст Полётова.

— Вывод ровно один, — ответил Полётов, — Вы потомок Рюрика, барон. Кровь Рюриковичей течёт в ваших венах. Причём, ваш клан Нагибиных еще и единственный живой род-потомок Рюриковичей. А Рюриковичи брали в жены дриад, так что капля дриадовой крови у вас есть. С чем я вас и поздравляю. Вы можете претендовать на титул Великого Князя. И даже на престол по линии Рюриковичей. Это подтверждает и ваша родословная, которую раскопали по моему приказу, и нотки ярко-синей магии в вашей ауре. И ваша Лунная магия, кстати, тоже. Есть предположение, что Рюриковичи, помимо своей родовой способности подавлять чужую волю, владели еще и Лунной магией. Некоторые утверждают, что Рюриковичи вообще были последними Лунными магами в мире.

— Ух! — я выдохнул, ощущения были на самом деле потрясающими, — За такое и выпить не грех.

Я налил коньяку себе и герцогу, но Полётов перевернул свою рюмку и пить отказался:

— Я не употребляю алкоголя, барон.

Мы с Кабаневичем выпили, двухсотлетний римский коньяк казался мне бархатным, хотя возможно дело было и не в нём, просто я ощущал вкус самой победы.

— Я отправлю все бумаги в Геральдический Совет при Государе сегодня же, — заверил меня Полётов, указав на свою папку, — Вот здесь у меня ваша полная родословная, со всеми доказательствами. Так что ваш титул Великого Князя теперь будет законными, его вынуждены будут признать даже ваши враги. Никто теперь не посмеет сказать, что вы заставили Павла Стального сделать вас Великим Князем посредством произвола. Этот титул ваш по праву. Но предупреждаю сразу, живой Рюрикович — это скандал. У вас возникнут проблемы с Багатур-Булановыми. Вас непременно попытаются убить.

— Это ничего, — я улыбнулся, — Отсылайте бумаги, Ваше Высочество. У меня теперь свой канцлер, а Павла Стального я плотно держу за яйца. А проблемы с Буланидами я разрулю. Собственно, пора бы уже явить меня миру, как Рюриковича, хватит мне прятаться и скрывать своё происхождение!

— Дело ваше, Великий Князь, — холодно ответил Полётов, впервые назвав меня Великим Князем.

Я отхлебнул кофе и спросил:

— А что насчёт моего холопа? Герцог же передал вам мою просьбу навести справки?

— Вообще я обычно не занимаюсь холопами, — Полётов чуть поморщился, — Но вам я не мог отказать, князь. Кроме того, случай вашего холопа — особый. Так что справки я навёл.

Полётов извлёк из своей черной папки какой-то совсем ветхий пергамент. Пергамент был заляпан бурыми пятнами, как будто в крови.