Тишина. И… пустырь.

Он стоял посреди заброшенного пустыря. Далеко-далеко едва светились огоньки. Рукотворные.

«Уже хорошо, — мелькнуло в мозгу. — Я среди цивилизации. Если горят огни — значит, я не в палеозое. — И рассмеялся неудавшейся шутке. — Попить бы где… Пойти на те огоньки? Там кров, там вода, там люди, в конце концов…»

И вдруг замер.

Переброски в различные эпохи планеты научили его осторожности. Прежде всего, узнать в первые две-три минуты, куда он попал. Какой сейчас год. Осмотреться. Почувствоватьвремя. А потом уже действовать сообразно обстоятельствам.

Поэтому замер.

Послышался шорох. Потом, в темноте, звук далекого голоса. Он приближался. Кругом расстилался пустырь На горизонте, сливаясь с чернотой ночи — отблески недоступных огней. И… голоса. Отступив в темноту оврага, Игорь принялся ждать. Затаился. Пошарил в карманах. Коробок спичек, фонарь, блокнот, табакерка из золота, подаренная императрицей. Часы на руке поглотил вакуум барокамеры, как, впрочем, и все остальное. Когда-то у него была зажигалка. Потом был подарок от сына Сталина — Василия. От Власика Николая Сидоровича тоже был сувенир. И была фотография его жены с дочкой. Все растворилось в червоточине времени. Почему сохранились только эти предметы? Отчего так выборочно? Какими критериями руководствовался портал червоточины, оставляя у него табакерку, блокнот и фонарик? А черт его знает. Сейчас не до этого.

Сейчас — голоса. Сразу узнать — кто такие. Из какого периода эпохи. Русские? А может, древние греки? Или, черт побери, легионеры Юлия Цезаря?

Затих. Затаился.

Двигались несколько силуэтов. Игорь уже различал их фигуры. Остановились поодаль. Стала слышна русская речь.

«Фу-ух… — пронеслось в голове. — Похоже, что русские. Уже хорошо. Теперь год — нужно выяснить год! Постоим, затаившись. Послушаем».

— Необходимо запастись винтовками на случай, если нас обнаружат, — донёсся из темноты голос, привыкший командовать.

Трое незнакомых людей жались у сырого дерева, по которому с тихим журчанием струилась вода. Холод пробирал их шинели до самых костей, но разводить огонь они не решались. Игорь и сам промез, но его хоть спасала толстая подкладка комбинезона. Подарок Степана Сергеевича из Института технических разработок двадцать первого века.

Дальше старлей услышал много чего. Разговор незнакомцев пошел в таком русле:

Недавно была облава и шестерых товарищей захватили жандармы, не успев догнать троих беглецов. Листовки уже были расклеены, когда внезапно нагрянули кадеты военной академии, перестреляв половину подпольщиков. Теперь трое уцелевших революционеров прятались на пустыре, дрожа от холода, не разводя огонь.