Он видел горящее тело Щенка и две оскаленные отрубленные головы наемников рядом. Вот воздух на границе их лагеря задрожал и из пустоты вышагнула фигура в черном обтягивающем костюме. Несомненно, это был человек, а не порождение ада. В руках он держал обнаженный меч, с лезвия которого стекала кровь.

Человек обернулся, и Крис увидел его лицо, усталое лицо профессионала, выполнившего свою работу. Это было последнее, что увидел Крис Бруннер в своей жизни.

* * *

— Я знал, что за мной придешь именно ты, — сказал Казимир Добрынский.

Он сидел за большим рабочим столом, заваленным картами и бумагами, держал в правой руке пистолет, дуло которого смотрело на фигуру в черном обтягивающем костюме. Человек в черном сжимал в руках меч. Чувствовалось, что он напряжен и готов сорваться в атаку.

— И как только у тебя получилось обойти всю охрану? Столько народу в здании, все­таки штаб Северного округа, и ты прошел сквозь всех незамеченным. Может, раскроешь секрет, Лодий. Снимай маску. Я знаю, что это ты.

Человек в черном стянул левой рукой с лица черную маску и бросил ее на пол. Казимир Добрынский не ошибся, перед ним стоял Лодий, один из близких соратников князя Волка.

— Не стой на пороге. Зачем такая напряженность. Проходи, садись. Нам есть о чем поговорить, прежде чем ты попытаешься исполнить то, зачем ты пришел.

Лодий хмуро окинул взглядом комнату, нашел свободный от бумаг и мусора стул и направился к нему. Меч он поставил рядом с собой, приставив к стене, но так чтобы его удобно было схватить в случае опасности.

— Может, по коньячку. Согласись, хреново умирать на трезвую голову. А ведь именно этот вопрос у нас стоит на повестке дня.

Лодий хмуро качнул головой, отказываясь, но Казимир был настроен решительно.

— Не отказывайся. Что будет такому профессионалу от пары рюмок коньяка. А коньяк у меня хорош. Лучший бордосский. Последняя бутылка. Нельзя отказывать в последнем желании обреченному на смерть. Кажется, таков обычай.

Казимир положил пистолет на стол, поднялся из­за стола и подошел к книжному шкафу, внутри которого оказался спрятан бар. Он извлек на свет початую пузатую бутылку и два коньячных бокала. Вернувшись к столу, он наполнил бокалы коньяком и поднес один из них Лодию, приблизившись к своему убийце на расстояние вытянутой руки.

Лодий видел, что Казимир его не боится, но в то же время он не чувствовал опасности для себя. Неужели мятежный барон смирился

со своей участью и решил сам отдаться в руки правосудия. В такой поворот событий слабо верилось.

Лодий взял бокал с коньяком и проводил взглядом Казимира, который вернулся к рабочему столу и сел в кресло.