— Я обещал, я сдержу слово, — Артиос протянул небесный атлас, с наслаждением смотрел в глаза других магов, где промелькнула надежда: может всё закончится не так уж ужасно?

Глаза Рахеля расширились, когда он прикоснулся к книге, где сокрыты все существующие и не существующие пути. Он хотел ещё что-то сказать, но как только рука Артиоса передала небесный атлас в ней тут же появилась Жертва. Клинок проткнул артефакт воздуха, вместе с Рахелем.

Книга потухла за одно мгновение будучи поглощённой щупальцами. Жертва задрожала, металл завибрировал, души внутри закричали, а тёмный сосуд начал сходить с ума. Щупальца хотели что-то сделать, просили свободы, Артиос не видел причин им отказать, он верил им, как самому себе.

Жгуты подобно стальным цепям обвили сердцевину артефакта притягивая его внутрь Жертвы. И чем ближе становилась первородная сущность воздуха, тем нагляднее становились изменения проклятого оружия Чёрного Кузнеца. Тёмный сосуд закладывал одну из основ клинка, впитывая одну из первых стихий.

Всё прошло за пару мгновений. Меньше, чем через секунду, как тёмный маг поглотил артефакт и убил Рахеля пространство взорвалось. Шпиль разнесло на сотни тысяч осколков, как и весь дворец, перевернулись корабли, находившиеся в километрах от центра взрыва.

Небесный атлас был не просто мощным артефактом, он был ящиком Пандоры, защищающим этот мир от ярости ветра. И теперь смертные всего Эримоса столкнулись с мощью стихии, бесконтрольной и неостановимой. Многие впервые в жизни увидели на своих землях ураганы, град забирал жизни не только скота, но и обычных жителей, чьи соломенные крыши и хрупкие стены разрывало в щепки.

И Артиос знал к чему приведёт его поступок, он собирался так поступить с того момента, как вернулся из пепельного мира. В его клинок лягут не души каких-то богов, а сами сущности магии, первой из которой стал ветер.

Взрыв унёс жизни многих магов, но не четырёх, находившихся в эпицентре. В последнюю секунду Артиос вернулся обратно в мир духов, тут же уронив свой меч. Едва удалось слегка обуздать силу Жертвы, как вновь она начала вырываться из рук. Даже одной минуты ей сражаться не удастся. И к сожаленью Артиос не стал магом воздуха, стихия не хотела подчиняться, хотя и была заточена в клинке.

— Надеюсь этого того стоило, — как-то хмуро произнёс Игарсион, искоса смотря на Артиоса. — Многие люди погибнут из-за вырвавшейся ярости ветра.

— Умрут лишь слабаки, жалкие отбросы. Остальные выживут и станут сильнее. Когда-то в этом мире не было небесного атласа, первые смертные строили прочные дома, которым не были страшны ураганы. Они боролись, борьба делала их сильнее, свободнее. Сейчас же они смотрят на своих идолов в храмах и молятся, чтобы боги их защитили. Куда легче сбросить свои обязанности на другого, нежели взять в руки лопату и заложить прочный фундамент для могучих и толстых стен каменных домов, — безжалостно парировал Артиос.