— Ничего не понимаю в современном искусстве, — пробурчала подруга, когда мы выходили из зала, где объявляли результаты.

— Ты не одинока, — кивнула я и вновь прислушалась к шёпоту за спиной.

Не успели слухи поженить меня с Бастианом, как эти же слухи уже обвенчали меня с Владыкой морей. Во дворце все шептались о том, что я истинная Лазурного дракона. Поэтому меня ничуть не удивил настороженный взгляд Бастиана, но оправдываться ещё и перед ним за связь, что от меня не зависела, я не собиралась.

Зато кто точно был рад, так это садовник, который перестал поставлять любимые цветы в мою комнату. Хотя мало ли — может Бастиан выбрал другую фаворитку?

Я морально готовилась к тому, что вскоре все узнают моё истинное обличье. И вот странность… Неужели Келар был прав и я стеснялась? Откуда во мне это вновь? Или оно было всегда, просто запрятано было где-то очень глубоко, туда, куда я сама затолкала свои комплексы, но не до конца избавилась от них?

Что такое вообще эти комплексы? Детское восприятие действительности, помноженное на стереотипы общества, в котором мы взрослеем. Ребёнок способен подмечать мелкие детали, поэтому, когда он видит вокруг невысоких женщин, подсознательно считает, что именно это — норма, а все, кто выше или ниже нормы, уже не вписываются в его восприятие. И это восприятие остаётся с нами на всю жизнь.

Но я действительно хотела расправить плечи, носить каблуки и чувствовать себя уверенно, прямо как жена мэтра Мозеуса. Я ведь ею искренне восхищалась, как и многие в зале — от неё невозможно было отвести взгляд. И это не заслуга внешности или даже обожающего её мужа — это заслуга её внутренней работы над собой, над своими комплексами и страхами, над любовью к себе и самооценкой.

По сути, мы все рождается идеальными. Дети смотрят в зеркало и любят себя. Они восхищаются собой. А потом приходит социум. И нужно освободиться от его рамок, чтобы в полной мере полюбить себя.

Это я и планировала сделать. Переломить свой страх, пройти через водопады и навсегда сбросить всё, что копилось во мне долгие годы.

С этими мыслями я засыпала вечером, полная решимости через три дня показать себя тем, кому только дай повод поиздеваться. Но я не позволю никому насмехаться надо мной. Ведь чужие слова имеют вес лишь в тот момент, когда они нас задевают.

Сон был беспокойным. Я часто ворочалась, мне снился сапфировый дракон, который проносился над водной гладью по ночам и, казалось, смотрел мне в душу. Он был не в духе, и это состояние бессилия и недовольства передавалось и мне.

Что-то тёплое и шершавое коснулось моего лица. Я резко распахнула глаза и уставилась в глаза-бусинки, что взирали на меня со страхом и мольбой. Приподнявшись на подушках, я уставилась на белого пса, который, виляя хвостом, смотрел на меня.