— Как и мои, — кивнул Келар. — Истинность… это нечто больше, чем просто магия, Кира. Не сказать, что от неё нельзя убежать, но если ты встретил ту самую истинную, то шансов спастись уже нет.

Шансов у него нет… то есть о чувствах он не говорит, а жалуется, что у него, бедненького, нет выбора? Я не на шутку разозлилась.

— Знаешь, у нас на острове есть одна поговорка. «Как собака на сене», — я развернулась к нему и посмотрела в упор, — так говорят о… тролле, который никак не может отпустить то, что ему не нужно. — И невольно перешла на «вы», словно даже мысленно дистанцируясь от него: — Так вот… не хочу обидеть вашу тонкую душевную организацию, Владыка, но вы ведёте себя именно так. Более того, вы не спросили моего мнения, нужны ли вы мне. Может, я совсем не хочу отношений с вами? Вам не приходила эта мудрая мысль в голову?

— Приходила множество раз, — кивнул дракон. — Всякий раз, когда начинали говорить об этом, но потом вы так на меня смотрели и целовали в ответ, что сомнения сами собой пропадают.

Келар взял меня за руку и поднес её к своим губам. Но прежде чем он поцеловал внутреннюю сторону запястья, при этом вопросительно глядя на меня, я поспешила произнести:

— Не надо играть со мной. Я наивная девушка, почти ничего не смыслящая в отношениях. Но я знаю о твоём прошлом, о твоих непростых взаимоотношениях с отцом. Я не хочу, согласившись истинность, всю жизнь испытывать твою неуверенность во мне. Сможешь ли ты довериться или каждую секунду будешь ожидать предательства, удара в спину? Отношения без доверия обречены на провал.

Келар застыл, поражённо глядя на меня. Словно эта мысль не приходила ему в голову. Точнее, он думал лишь о своих чувствах в таких неравных отношениях, но не задумывался, как это может обидеть и задеть меня.

— Мне не менее страшно, Владыка. А может, и более, — тихо произнесла я.

Потому что мне правда было страшно… я вдруг осознала, насколько сильно проклюнулись эти ростки чувств, и что они вовсе уже не ростки, а сильные и крепкие розы, сорвать которые возможно, но следы царапин на руках останутся навсегда. И я больше всего боялась этих царапин. Как боялась и поливать эти цветы, дать им возможность разрастись в настоящий сад.

Ведь ради этого сада мне придётся отказаться от привычного уклада, от своего мира, от своего прошлого. Мне ещё более страшно, чем Келару. И он даже не представляет, что заставляет меня броситься в омут с головой, при этом сам испытывая неуверенность.

Не хочу. Хочу стабильности. Хочу того, кто будет доверять каждому моему шагу, кто будет знать, что я смогу заботиться о нашем саде столько, сколько у меня будет сил, до последней капли влаги.