На приём все явились в чёрном. Я пришла вместе с Келаром, ведь жила у него последнюю неделю — в отдельных покоях, куда меня поселила леди Шаиса. Она никак не могла нарадоваться и уже выбирала цвета спальни для будущего внука или внучки, хотя мы с Келаром даже не… м-м… у нас не было таких отношений, от которых появляются дети.

Но я хотела. Стыдно было в этом признаться, но я постоянно думала об этой стороне вопроса. Келар зажигал меня одним взглядом. Мы целовались… постоянно. Обнимались, сходили с ума друг от друга, но каждый раз Владыка покидал мои покои, так и не дойдя до самого интересного.

У-у, может, у него и правда не было до меня любовниц? Или возраст сказывается?

Шутки шутками, но я влюбилась. Так сильно, что не только готова была забыть свой мир, но и забыть саму себя. Вот такие метаморфозы происходят с влюблёнными, да.

Кстати, золото и драгоценные камни, которые Кбыр мне выплатил, я забрала. Нечего добром разбрасываться.

— Кира! — услышала я голос подруги и обернулась к ней, чтобы заключить в объятия.

Мы прибыли во дворец Саттора и как раз вошли в зал приёмов. Княжна вежливо поклонилась Владыке и полностью переключилась на меня.

— Есть минутка поговорить?

— Конечно! — уверенно кивнула я, и мы отошли в сторону.

Впрочем, Келар не выпускал меня из виду, особенно после недавних событий. Он так нанервничался и испереживался, что теперь готов быть подле меня каждую минуту. Любовь дракона поистине нечто удивительное.

— Я использовала рубин! — радостно сообщила Зикра. — Лилианна помогла провести ритуал, и теперь я избавилась от проклятия — его впитал артефакт. И во время этого я перехода я почувствовала сущность пса — теперь я поняла, почему он бегал то к его высочеству, то к Юджину… магический зверей чувствовал неладное и пытался найти истинного виновника, а именно Ирриана Сатторского.

— Неожиданно! — удивилась я.

— Но это ещё не всё! Я вернула его Годиве, честно признавшись, что воспользовалась им. Она как-то прочитала его и сказала, что проклятие рассеялось, а от него рубин стал сильнее. И знаешь что? За последнюю неделю дворец полнится слухами о возвращении белого пса!

— Что⁈ Неужели проклятие перекинулось на Годиву? — испуганно спросила я.

— Я тоже испугалась, — кивнула подруга. — Но оказалось всё намного интереснее. Годива сама решает, когда принимать обличье, и водит за нос принца. А принц, говорят, только и находит теперь утешение в этом «фамильяре». И так как он догадывается, что пёс Годива — помнишь, ещё тогда, когда мы были на лестнице в Восточной башне? — то напрашивается вывод…