— Ладно. Давай сначала закончим с обязательной частью практики, узнаем, что это за следы магии и разберемся с хозяином висла, а потом уже будем решать что делать с репутацией менталистов и остальным.
— Разумеется. Но ты подумай в этом направлении.
Теор вздохнул про себя. В словах подруги точно были здравые идеи, но в политике он себя не видел. Никак. Словно так проблем мало со всем…
Утро вечера точно мудренее. Менталист на всякий случай поставил вокруг внешнего слоя защиты, наведенного по берегу реки, помимо сигналок еще несколько дополнительных щитовых и отслеживающих чар, некоторые из которых были направленны против нежити.
Но, на удивление, ночь прошла спокойно.
Глава 6 Душевная сумятица, взаимопонимание и открытия. ч.1
Альба медленно повернулась, ведя клинком по воздуху. Рассвет только занимался, и остальные обитатели полевого лагеря еще спали. Ночь не принесла покоя, в снах в темном лесу жили чудовища, и реальное понимание того, что этот самый темный лес рядом, как и чудовища в нем, не позволяли толком отвлечься. В итоге она, отлежав все бока, осторожно оставила в сапоге обживавшегося там котенка и, подхватив меч, отправилась подальше от лагеря, надеясь изгнать лишние эмоции неплохо зарекомендовавшим себя средством в виде физических нагрузок.
Альба выполнила упражнение, которое по рассказам Сигурн, должно было укрепить кисть, и в очередной раз оглянулась. Шагов она не слышала, но мало ли…
Она отошла поодаль от стоянки просто чтобы никого не тревожить, но все равно не хотелось любопытных глаз.
Да, она отвратный боец. Да, она взяла оружие просто чтобы оправдать для себя его покупку. Да, она со своим мизерным опытом против какого-нибудь с детства обученного аристократа — никто. Но все равно клинок в руке придавал уверенности, как и простые, понятные движения.
На которых, увы, толком не выходило сосредоточиться. Если рассвет изгнал из леса ночных тварей, то вот из головы часть вопросов он изгнать оказался неспособен.
Занятия не то чтобы принесли спокойствие. Меч, к которому Альба только привыкала, разрезал воздух. Но толку — она все равно ни от кого не сможет защититься. Все равно кто-то придет, и…
Ужин и сон сгладил вчерашнюю вспышку, но Альба, казалось, только сильнее ощущала сумятицу в душе, у которой появились, в дополнению к старым, новые, вполне конкретные очертания. Очертания традиции, о которой она за почти год в этом мире так и не удосужилась прочитать.
Непонимание, чуждость даже в таких мелочах. Нужно ей было говорить что-то? Или нет? Может, в этом мире были какие-то свои правила? Или, наоборот, об этом не принято было сообщать? Нормально ли подойти и сказать, скажем, к Ами: «Знаешь, у меня день рождения, как у вас его празднуют»?