«В Академии Целителей и на платном отделении», — в мыслях наставника сквозило недовольство. — «Но все же не забывай — это образ, причем образ политический. Он — приложение к отцу, и все это понимают. Как наши, так и сталийцы. По его квалификации как мага ничего не могу сказать».

Последнее, впрочем, было не совсем правдой. Альба чувствовала, что за «ничего не могу сказать», было «ничего не могу сказать хорошего».

Теор, не то ощутив ее эмоции, не то просто решив пояснить, передал:

«Я не могу считать надежным человека, которого не знаю, вот и все. Его отец дал разрешение на наш проект, но какие у него планы касательно менталистики и прочего — это вопрос. И, если уж зашла речь о политике — я почти уверен, что для магистра Ирна это посольство с целью договориться со сталийцами раньше, чем с ними договорится Кантон».

В руку Альбе ткнулась бумажка с сожалениями и просьбой хотя бы намекнуть основные узлы злополучного сканирования. Прикинув, что близнецы из этого ничего не извлекут, Пришедшая набросала основу и отправила записку обратно.

«Будь осторожна с тем, что ты говоришь и делаешь», — заметил менталист.

Альба вздрогнула. И как узнал? В чувства влезть не смог… Неужели все равно просто читал мысли? Или он не про это?

«И с ле Гаем тоже»

Пришедшая уставилась сначала на затылок наставника, потом на будущего сопровождающего, вещавшего теперь про порядок работы их делегации, запланированные экскурсии и «мероприятия по обмену опытом и сплочению молодых магов». Жестикулировал он ярко, говорил четко — и пользовался слабыми внушениями для лучшей запоминаемости сказанного, что в принципе не было запрещено, но все же шло по границе допустимого этикой менталистов.

«Ну не в жертву же он нас приносить собрался!» — только и вырвалось у нее.

«Нет, надеюсь. Но, Альба, боюсь, что ты пока все еще не совсем понимаешь, какой интерес можешь представлять для мира вне университета. И ты, и де Стен, и в меньшей степени ле Фрин и Миран. Вас наверняка попробуют завлечь в ГАРХ на постоянной основе».

Альба, слушавшая краем уха о «встречах с ведущими сталийскими магами» едва воздухом не подавилась.

«Да с чего? Мы просто едем узнать, как там все устроено, и…»

«Не хочу тебя разочаровывать, но в первую очередь магистрантов в такие поездки привлекают для того чтобы соблазнить на перевод, а если не получится — то на какое-нибудь вне университетское или пост-университетское сотрудничество, аспирантуру ту же. Да, будет и обмен опытом, да, с вами будет комфортнее первому курсу, который тоже кстати едет с прицелом на возможный перевод — но все же это, в некотором роде, обмен возможными кадрами».