Он подошел к сейфу, покрутил циферблат и достал тонкую папку с грифом «Только для высшего руководства».

— Ваши сомнения заставили меня искать альтернативное решение. Прямое и бесповоротное. Отыскать и активировать старый актив, не связанный с текущими задачами. Человека, который ненавидит Жукова лично.

Бригадефюрер положил папку на стол. На обложке была приклеена фотография, изображавшая холодное, аристократичное лицо с безупречно зачесанной челкой «под фюрера» и остекленевшим взглядом. Под фотографией значилось имя: «Эрлих фон Вирхов».

— Резидент «Вирсхафт», — скривился Скорцени. — Его сеть в Киеве была разгромлена русской контрразведкой. Он был отозван, разжалован, отправлен в отставку. Это битая карта.

— Именно поэтому он больше всего подходит, — усмехнулся Йост. — Его карьеру сломать невозможно. У него осталась только жажда мести. И он знает Киев, знает обстановку. Контрразведка русских вряд ли ожидает увидеть его в России, он и для них битая карта. Мы же предоставим ему все необходимые ресурсы. И поставим одну единственную задачу, а именно физическое устранение Жукова. Пока тот находится «под стражей» или сразу после его возможного, но уже бесславного возвращения.

Обершарфюрер ощутил ледяную волну ненависти. Это был идиотизм высшей пробы. Использовать неудачливого, сломленного агента для ликвидации человека, охраняемого всей мощью НКВД, да еще в ситуации полной неопределенности…

— Бригадефюрер, это же чистое самоубийство. Для Вирхова и для всей операции. Если он попадется…

— Если попадется, — холодно парировал тот, — он будет всего лишь обиженным отставником, действующим по личным мотивам. Никакой связи с управлением, с текущими операциями. Его действия дискредитируют не нас, а его самого и, в крайнем случае, Абвер, откуда он родом. Мы останемся чисты. А главное, фюрер об этом узнает в последнюю очередь, только в случае успеха. Это наша с вами инициатива по доведению начатого дела до логического конца. Вы поняли меня, обершарфюрер?

Собеседник начальника VI управления все понял. Йост, недовольный его осторожностью, решил перехватить инициативу и добиться ошеломляющего успеха в обход всех правил и санкций сверху. А в случае провала, свалить все на него, и на неудачника фон Вирхова.

— Слушайте мой приказ, обершарфюрер, — продолжил бригадефюрер, возвращаясь к своему креслу. — Вы готовите фон Вирхова, предоставляете ему канал связи, оружие, деньги, но в процесс выполнения задания вы не вмешиваетесь. Лишь наблюдаете. И следите, чтобы наши текущие агенты в Киеве не были задействованы. Это его личная вендетта.