Марк требует, чтобы Оля закрыла глаза на его сигареты, и она уже устала от этой просьбы. Двадцать четыре года брака, и вот он снова нарушает обещание, снова врёт про мелочи — про сдачу, которую якобы тратит на леденцы для неё, про звонки с работы, которые она не слышит, про кольцо, которое вдруг стало мало. Ольга сидит в машине под дождём, наблюдает, как муж выходит из магазина с дёрганной походкой человека, который торопится скрыть следы, и понимает, что знает этого человека слишком хорошо, чтобы не замечать, когда он что-то скрывает. Она перебирает в памяти последние недели: телефон, который он прячет, светлые волосы в бардачке, чей-то взгляд из-за стеклянной двери заправки, который она заметила, а он — нет.

Ольга идёт против привычки прощать. Она идёт против страха остаться одной в сорок восемь, против голоса матери, который всё ещё звучит в голове: некоторым людям нравится страдать. Она идёт против самой себя, потому что каждый раз, когда Марк говорит «я люблю тебя», она хочет поверить, и каждый раз, когда он называет её старушкой, она чувствует, как эта вера трескается. В мире её брака давно нет места для правды — есть только удобная ложь, которую она сама себе рассказывала годами, и горькая правда, которую теперь придётся проглотить....