Я жестом отослал Гротманна, потом продолжил:

— Друзья! Мой верный Гротманн только что сообщил мне, что сюда едут военные — едут с намерением убить меня, убить вашего короля! Подонки готовы пойти даже на грех цареубийства, лишь бы не дать немцам мира, лишь бы помешать вам обрести вашу заслуженную счастливую и достойную жизнь!

Толпа забухтела, теперь я видел ярость в их глазах…

Это было более чем понятно, я же только что дал людям настоящее чудо. И если Ольбрихтовские молодчики посмеют сейчас у людей это чудо отобрать — люди порвут их голыми руками. Чудо — это же нечто вроде героина. На чудеса легко подсесть, а расставаться с чудом — всегда больно. Вот почему Гитлер обещал немцам чудеса и вундервафли все последние годы войны, когда Рейх уже был обречен. И вот почему немцы в это верили.

Да, конечно, я мог бросить толпу на военных, я мог защитить свое тело чужими телами, принести всех этих немцев в жертву. Вот только в долгосрочной перспективе это сделает меня конченым мудаком. Это был тот случай, когда неверное тактическое решение могло погубить все мои стратегические перспективы.

Я предпочел дальние цели ближним, как и положено настоящему политику.

— Вам наверное интересно, почему военное руководство страны желает моей смерти, — произнес я в микрофон, — Я вам объясню. Дело в том, что я обещал главнокомандующему Беку, что сегодня же уйду со всех постов, сложу с себя мои полномочия рейхсфюрераᛋᛋ и министра внутренних дел. Я поклялся в этом генералу Беку. И Бог свидетель — вот я выполняю мою клятву, перед всеми вами, прямо сейчас! Я не просто покидаю должность рейхсфюрераᛋᛋ , я еще и упраздняю самоᛋᛋ , я распускаю все нацистские структуры, десять лет пившие кровь германского народа! С этого самого момента:ᛋᛋ более не существует. Отныне все бывшие сотрудникиᛋᛋ переходят на службу королю, в мой новый Орден…

Я подал знак.

На трибуну втащили огромный белоснежный штандарт, через несколько секунд его уже развернули, закрепили там, где раньше висела нацистская драпировка со свастикой.

Тысячи глаз теперь глядели на новый флаг — белый, как снег, с черным прямым крестом цвета воронова крыла.

Я кивнул в сторону кардинала:

— Святая церковь в своей доброте позволила мне возродить запрещенный Гитлером, живым Антихристом, древний Орден — Тевтонский Орден. Отныне тевтонцы возвращаются, друзья. И берут полную власть в нашей несчастной стране в свои руки. Я воскрешаю Тевтонский Орден, отныне он — законная власть в Германии, верный проводник моей воли. Я объявляю новую Германию, которая будет построена на принципах древней германской чести, христианской совести и гиперборейской северной воли.