Девушка шла медленно, мелкими шажками, едва переставляя ноги.

Она остановилась, отдышалась, поглядела на небо… Потом продолжила свой путь. Так она прошла первый пост охраны, остановили её только у второго уличного поста, уже у самых дверей Главного управления. Охрана сейчас была усилена, в здании рейхсфюрерᛋᛋ Генрих Мюллер проводил совещание.

Бульвар был заставлен автомобилями руководителейᛋᛋ . Шоферы и адъютанты курили возле хозяйских авто.

Девушка намеревалась подняться по лесенке и войти в здание, но эсэсовцы уже преградили ей путь, наставили на девушку автоматы.

— Куда вы, фройляйн?

— К папе, — просто ответила девушка, — Пустите меня к папе.

Голосок у неё дрожал.

Эсэсовцы были тщательно проинструктированы, они знали, что обстановка напряженная, они ждали подлянки в любой момент.

Один из эсэсовцев сдернул с девушки вуаль. Под вуалью оказалось девичье личико, принадлежавшее очень тощей и бледной школьнице. В глазах школьницы блестели слезы.

— Пустите к папе, — повторила девушка.

Эсэсовец уже вырвал у девушки черный предмет, который она несла в руках. Предмет оказался каким-то глиняным шаром, внутри шара что-то булькало.

— Коктейль Молотова, что ли?

Товарищ эсэсовца пожал плечами:

— Да вроде не похоже.

— Отдайте! — потребовала девушка, — Это мое лекарство. Верните!

Эсэовец еше повертел в руке странный предмет, потом вернул его девушке.

— Проваливай, милая. Твоего папы тут нет.

Обоим охранникам уже было ясно, что девушка явно слабоумная, но было и понятно, что никакой опасности она не представляет. Судя по траурному одеянию, у девушки, видимо, погиб кто-то из близких, вот она и тронулась умом.

— Мой папа тут! — требовательно произнесла девушка, — Мой папа — Мюллер! Пустите!

Один из эсэсовцев на это расхохотался. А другой вдруг сообразил — дочка нового рейхсфюрера, Лиза Мюллер, вроде бы и правда слабоумная. Об этом уже давно поговаривали в гестапо.

— Погоди-ка, — осадил догадливый эсэсовец товарища, — Ваши документы, фройляйн.

Документы у девушки и правда нашлись.

Элизабет Мюллер. Это оказалась именно она, судя по документам. Документы точно настоящие, да и по возрасту — вроде бы она, точно она.

— Наши извинения. Ваш отец сейчас занят, фройляйн Мюллер.

— Отец не может быть занят! — девочка взвизгнула, — Наша мама погибла. Наш дом разбомбили. Мне некуда идти! Пустите к папе!

Эсэсовцы напряглись. Был вызван штандартенфюрер — начальник охраны здания.

Наконец, было принято решение пропустить странную девочку. Меры безопасности мерами безопасности, но конфликта с новым рейхсфюрером не хотел никто.