Иветта изо всех сил дёргалась, стараясь помочь пупсам, но тщетно.

— Целиком её не поднять, — заявил самый большой из них. — Надо по частям.

— Не надо меня по частям! — заверещала она. — Я цельная личность!

Но пластмассовый отряд не внял её возгласу, а продолжил обсуждать свои методы спасения.

— Лишнее отрезать, укоротить, конструкцию облегчить, — бормотали куклы.

— Нет у меня ничего лишнего! Это, вон, у Лотты лишнее! А у меня только нужное! — настаивала Иветта, но пупсы уже где-то раздобыли ножницы.

— Только самое нужное оставить.

И огромные ножницы коварно щёлкнули прямо над ухом. Вампирэсса мысленно попрощался со своими частями тела, которые куклы сочли лишними, и замерла без движения. Щёлкнуло ещё раз, и что-то упало на пол.

— Рука! — взвыла Иветта.

Затем попробовала пошевелить конечностью. И к своему удивлению заметила, что у неё всё ещё две руки. Ноги тоже оказались на месте, как ни странно. Ну, и голова, само собой, иначе ей нечем было бы обо всём этом думать. Единственное, чего не хватало, так это лямок у рюкзака. Одна из них-то и шлёпнулась об пол, издав характерный звук. А сама Иветта наконец-то оказалась свободна.

Вампирэсса радостно вскочила на ноги.

— Хорошая работа, — услышала она стук пластмассы — это куклы благодарили друг друга, хлопая в ладоши.

Иветта тут же побежала в гардеробную — сестру спасать. Лотта уже не звала на помощь и, вообще, не издавала звуков, а притихшая Лотта — это не к добру.

Вампирэсса окинула взглядом погром, учинённый Шар-Лоттой, а затем и её саму, восседавшую на куче тряпья и тихонько всхлипывающую.

— Ушили, — тихо произнесла пухленькая вампирэсса.

— Чего-чего? — не поняла Иветта.

— Ушили! Они все мои наряды ушили! Пластмасски эти глупые, ушили все платьица мои-и-ы-ы, — последняя фраза перешла в завывания.

— Ну, с чего ты это взяла?

— Как с чего? — Лотта взяла в руки первое попавшееся платье и потянула в стороны. — Не видишь, что ли? Они все мне малы! Эти пластмасски меня никогда не любили. И шоколадки у меня по ночам таскали, я точно знаю! А теперь ещё и все платья мне перешили.

— А, по-моему, кто-то слишком много ест шоколадок, — улыбнулась Иветта.

— Кто? — удивлённо хлопнула ресницам Лотта.

— Идём, закажем тебе новое платье. На размер побольше. Чтоб было куда ушивать.

Шар-Лотта встала, стряхнула с себя остатки нарядов, которые пыталась примерить, и пошла в свою комнату за телефоном. При этом она тихо бормотала себе под нос:

— Мало того, что объедают меня ночами, так ещё и наряды мои все попортили.

Иветте же предстояло решить ещё одну проблему: что делать с пленницей? В доме её не оставишь, а глава клана Крылатых Мышей только руками разводил и бормотал в телефонную трубку что-то типа: «Ну, я не знаю». Конечно, он похвалил сестёр за отлично проведённое дежурство в лесу и даже медаль пообещал выдать когда-нибудь, но оборотни уже столько лет не попадались в плен Крылатым, что никакой инструкции на этот счёт не осталось.