Мы вчетвером зависли в воздухе, в шести метрах над землёй, и отлично видели двадцать пять человек, прибывших нас «поприветствовать». Учитывая, что сейчас передовые силы, охраняющие Кремлёвский комплекс и Годуновых, сражаются с нашими товарищами, отражая нападения с воздуха…

Для нас четверых собрали все остатки, способные сносно сражаться.

Вон, даже совсем молодые лица есть. Вижу четверо парнишек чуть старше нас с Арвином. Вряд ли все четыре уже полноценные Мастера, стало быть, пригнали и немного Наставников.

Даже несколько женщин есть — и эти боевые дамочки яростно на нас смотрят.

Но в глазах половины из этих вояк я вижу смятение и страх.

И все же достойные противники среди них имеются. Как минимум три Гуру — два Годуновых, считая наследника, и глава их вассального рода — Аркадий Савинов.

Стоп…

— Прибыли нас встретить, Дмитрий Александрович? — решил обратиться я к наследнику рода Годуновых, раз уж нас сразу не атаковали. — А не изволите ли сообщить мне, где сейчас ваш достопочтенный батюшка?

— Не твоего ума дела, грязный предатель, дерзнувший объявить своего выродка императором! — выкрикнул Дмитрий Годунов. — Мы здесь, чтобы забрать твою голову и разбить вас! И…

От него шли невидимые волны силы.

Но…

— А ты не обнаглел ли, так говорить о моём сыне, а? Яйцо сарнитское? — прорычал я, выпуская захлестнувшие меня эмоции на волю.

Золотые молнии разлетелись в разные стороны, полностью заполнив зелёную лужайку. Я видел, как они пляшут на ногах и телах врагов, поднимаясь им почти до груди. Видел ужас в глазах некоторых из них. Видел, как люди пятятся, падают на землю, и…

— Склонитесь перед отцом императора!!! — взревел я, выпуская новый импульс Ауры Александритов.

Половина войска Годуновых оказалась на коленях, приложившись лбом к зелёной траве.

— Упс… папочка зол, — раздался где-то на задворках сознания смешок Арвина.

— Отец, рули! — бросил я бразды правления отрядом Андрею Оболенскому и с места выжал максимальную скорость космодоспеха.

Я хотел как можно быстрее покончить с вражеским командиром, стоявшим перед моими глазами!

И всё же, когда я начал двигаться, тело Дмитрия Годунова начал покрывать стихийный доспех огня. Моя Аура сильно ударила по всем — и по своим, и по чужим. Но её недостаточно, чтобы могучие уверенные в себе воины сдались без боя.

Но всё равно эффект на лицо. Никто из врагов нас даже атаковать не успел! Хоть они и ждали нашего появления.

Не обращая внимания на то, что происходит на остальных участках боя, я врезался плечом в грудь Дмитрия Годунова, снося его прочь.

Я почувствовал дикий жар — Гуру с атрибутом огонь начал всю свою жи́ву вваливать в защиту. Наполнять ей стихийный доспех, поднимая до предела температуру вокруг себя.