Нужно попрощаться с друзьями и рвать когти.
Пока я разговаривал по телефону, в нашей компании случилось пополнение — присоединились Оболенские.
— Аскольд, что-то стряслось? — встревоженно спросил великий князь Тверской, когда я подошёл.
Все напряженно смотрели на меня. Не удивлюсь, если отцу, его супруге и Алисе уже рассказали, что «у меня зазвонил телефон». При этом родные и близкие старались не пялиться во все глаза — наша компания и так привлекала к себе чрезмерное внимание.
— Мне нужно срочно вернуться домой, — сказал я твёрдо. — Отец, буду очень признателен, если составишь мне компанию.
Лишь секунда потребовалась моему бывшему слуге, чтобы понять суть моей просьбы. Он решительно кивнул и произнес:
— Конечно, сын. Дорогая, прошу меня простить, оставляю всё на тебя.
— Не волнуйся, Андрей, — ответила великая княгиня, излучая невозмутимость. — Работайте. Главное — не перетруждайтесь.
Я благодарно кивнул своей приёмной матери и повернулся к Арвину. Мой лучший друг будто бы ждал моего взгляда.
— Я тоже с вами. Дайте мне только пять минут, чтобы переговорить с отцом, — он мельком глянул на Юлю и добавил: — И не только со своим.
— Спасибо, дружище.
— Аскольд, я… — подал голос Акихито, но замолчал, когда я посмотрел на него. — Я не совсем понимаю, что происходит. Но тоже хочу полететь с тобой. Но…
— На этот раз у тебя в самом деле могут быть проблемы, — я не дал ему договорить. — К тому же, ты глава японской делегации и не можешь оставить свой пост. Я всё понимаю. И ценю твои чувства.
Акихито сжал правый кулак и покачал головой:
— После наших слов о дружбе и поддержке… — он прикрыл глаза, а затем резко распахнув веки, твёрдо произнёс: — Клянусь, если кому-то из вас в будущем потребуется помощь, я не стану колебаться.
— Твои слова много значат для меня, — проговорил я и пожал его крепкую руку.
Через восемь минут я покинул территорию усадьбы Нарышкиных вместе со своей охранной и верными товарищами.
Глава 5
— Вот такие вот новости, — закончил я свой короткий рассказ, сидя в кресле напротив Арвина и Андрея Оболенского, пока мой частный самолет нёс нас в Енисейск.
— Значит, сообщение от Грейсвальдов… — задумчиво произнёс великий князь Тверской. — Я, конечно, реалист… Но в глубине души буду считать, что Джеймс Грейсвальд просто решил разорвать отношения и на прощанье неудачно пошутил.
Я неопределённо повёл рукой и поморщился:
— Да… Хоть он и говорил, что в полной мере не одобряет внешнюю политику Британии, его решимость отстаивать своё мнение может оказаться слабой. Всё-таки в Новой Северной войне его клан участвовал. Да и о нашей связи Бекингем мог вполне узнать и надавить на Грейсвальдов. Но всё-таки…