сахаре дичины. Знаешь, что они туда кладут? Утку! — Утку? — король почесал голову, — Господа, наше собрание закончено, мы с Ником немедленно отправляемся пробовать окорок. Кто с нами? Желающих не нашлось и король, вместе со своим шутом, удалились. Да, если король Леопольд Седьмой что-то и любил, так это изобретать новые блюда. Готовка была его страстью, его, как говорят брумосцы, хобби. Ну и естественно, последующее употребление приготовленного. Если ЭТО, конечно, можно было съесть. Утка в сахаре… Бррр! Оставшийся в одиночестве Курт айн Бремен посмотрел на исписанный лист бумаги, на котором было записано «Решение». Что решили-то?! Глава 4 Бранд Улица Новой Голубятни 13 число месяца Рыцаря 1855 года 1 Командир Черной Сотни был шварцем. Шварцы, чернокожие жители джунглей Трансморании, были дикарями. По слухам — и людоедами. К их образу больше подходили набедренные повязки, чем мундиры, ожерелья из клыков — больше чем орден святого Франциска и копье с каменным наконечником — больше, чем пистолет. Нет, в Брумосе шварцев было довольно-таки много, и вероятность встретить одного из них — гораздо больше, чем в Шнееланде, но там они были в основном слугами, либо прикрепленными работниками на заводах, фабриках и фермах. Карл айн Тотенбург не слышал ни разу, чтобы брумосские шварцы становились военными. Тем более — офицерами. Шварц — офицер. Командир Черной Сотни. Это было… Неожиданно. Черные прямые волосы командира были стянуты в хвост на затылке, узкий прямой нос чуть нависал над тонкими сжатыми губами, а кожа… Кожа приморских шварцев походила по цвету на шоколад. Или на пиво. То есть имела различные оттенки коричневого, и «черной» называлась скорее в сравнении со светлой кожей северян: брумосцев, ренчийцев, белоземельцев… Кожа командира была черна как уголь лучшего сорта «вайс», названного по горе, где его добывали. Карл вздрогнул: чернокожий командир резко встал, на плечах блеснули узкие серебряные погоны с тремя звездочками. — Меня зовут, — заговорил командир, — Симон. Я — старший сотник Черной Сотни. — А есть еще и младшие сотники? — влез лжемонах, раньше, чем кто-либо еще успел сформулировать вопрос. — Есть. Есть еще и средние. В Черной Сотне один старший сотник, четыре средних и сорок пять младших. «По одному офицеру на два солдата» — быстро подсчитал Карл. Странное, очень странное подразделение. — А… — попытался что-то еще спросить монах. — Твое право на вопрос ты истратил, — отрезал Симон. Его взгляд полоснул остальную троицу. Те промолчали. — Как вам известно,