прислонившийся к косяку, хлопнул еще пару раз, и двинулся к ним. — Редко увидишь среди нынешней молодежи, — произнес шварц, обращаясь к Вольфу, — такое умение в обращении с клинком. Сержант, как часто он побеждает вас? — Постоянно, господин сотник. Взгляд черных глаз опять обратился на Вольфа. — Постоянно? Кто учил тебя, курсант? — Отец, господин сотник. — Отец? Я слышал о нем… Вольф стиснул зубы. Он приехал в Бранд для того, чтобы ему не напоминали об отце. — Он отличный фехтовальщик… Юноша чуть не заскрипел зубами, но слово «…был», которое он боялся услышать, сотник не произнес. — И он вырастил достойного сына. Сотник приблизился к Вольфу и качнулся с пятки на носок, глядя ему в глаза: — Фехтование в зале отличается от реального боя так же, как артист, играющий короля в театре, отличается от настоящего короля. Сможешь ли ты так же хорошо драться в настоящем бою? — Да, господин сотник. Вольф был не просто уверен в себе. Он был уверен в том, что сможет справиться с сотником — а именно поединок с ним и подразумевался — потому что неуверенность в собственных силах — первый шаг к поражению. Отец всегда говорил «Усомнился — проиграл». — Сержант, шпагу. — Но… — Шпагу. Сотник сбросил мундир и закатал рукава белой рубашки. Вольф оценил и толщину запястий и мускулы предплечья, мелькнувшие под кожей, как огромные змеи под болотной ряской. «Хм, интересные шрамы…». Шрамы на левой руке сотника и в самом деле были необычны: толстые, одинаковые, они протянулись частоколом от кисти до локтя. Семь поперечных, длиной и толщиной в мизинец взрослого человека и один, уже у самого локтя, такого же размера — продольный. — Любопытно? — поймал его взгляд сотник. — Необычно. — Это с моей родины. В джунглях Трансморании такие шрамы получает мальчик после того, как докажет, что он готов быть мужчиной. — И в каком возрасте вы их получили, господин сотник? — В девять лет. Готов? — Го… Сотник сделал быстрый выпад. Шпага должна была ударить Вольфа, стоявшего с опущенной шпагой в грудь. Должна была. Юноша мгновенно уклонился от клинка и отбил его своей шпагой, тут же ударив вслед. Но и сотник, судя по всему, стал мужчиной в девять лет вовсе не в постели со сговорчивой девчонкой. Вольфу вспомнились строки из учебника естествознания… …сотник скользнул к нему, рассыпая град уколов, но юноша не дал ему приблизиться, разрывая дистанцию и беспорядочно перемещаясь по залу… «В некоторых племенах звание мужчины может получить только тот, кто убил леопарда. Единственное оправдание: если другие мужчины