А пока эти проекты были только в стадии проработки, желающие солнца Монако проблему решали другим способом. Те, кто мог позволить себе жизнь на Лазурном берегу, но кому не хватало состояния на покупку недвижимости непосредственно в княжестве, потихоньку скупали землю вдоль побережья в ближайших городах и деревеньках, и строились там.

Пройдя район насквозь, мистер Эверитт вывел Коллинза к небольшому бару «Chez Marcel», который сам молодой человек бы ни в жизнь не смог найти — на улицу выходила только облупившаяся деревянная дверь с крохотной выцветшей вывеской над ней, а само заведение располагалось чуть в глубине проулка.

В довольно просторном зале стоял гул голосов переговаривающихся посетителей разной степени трезвости, а в нос шибало табачным дымом, смешанным с непередаваемым ароматом популярной в этих краях анисовой настойки, пастиса.

Как ранее и договаривались, говорил только мистер Эверитт. Он и отправился к бармену, с которым начал беседу, пока тот выполнял заказ — два кофе и большую порцию бренди. Захватив чашки и бокал главмех присоединился к Джеймсу, безуспешно отгонявшего мух, в изобилии круживших над не особо чистыми столами.

— В яблочко, Жан. Мы там, где надо, — мистер Эверитт поставил заказ на столик. — Думал, что придётся обойти пару заведений, чтобы найти подходящее, но повезло.

— Я же Жак. А почему повезло? — Джеймс хлебнул чёрный кофе, который оказался весьма неплох.

— Жан или Жак — не важно. А почему повезло — в подобных местах собираются портовики, рабочие, да и просто те, кто не задаёт лишних вопросов насчёт заработка. Если это, конечно, не откровенный криминал, — пояснил главмех. — И сейчас тут, как видишь, хватает такого контингента.

Коллинз обвёл взглядом помещение, обратив внимание на потрёпанного мужичка за столиком в самом дальнем углу зала. Внешне тот не особо выделялся. Лет сорок или сорок пять на вид, неопрятный, но выглядел прилично — точно не опустившийся и не бомж. На столе перед ним стояла початая бутылка с каким-то крепким пойлом и полупустой стакан, а во рту дымила сигарилла, пепел с которой он механически стряхивал в стоявшую тут же переполненную бычками пепельницу.

Но цепляла не его внешний вид, а его взгляд. Потерянный взгляд человека, потерявшего всё или почти всё, а в бар пришёл, чтобы забыться, потому что понятия не имеет, как выгребать из всего свалившегося на него дерьма.

— Наш клиент, — мистер Эверитт проследил за тем, куда смотрит Джеймс и одобрительно кивнул. Одним глотком добив бренди, он прихватил чашку с кофе и отправился за столик незнакомца и начал с ним о чём то говорить. Минут десять спустя главмех повернулся к Джеймсу и махнул рукой, мол, подходи.