Так. Интересно. Похоже, небольшая ниточка к тайне личности Голос появилась. Мужья только у живых женщин бывают, так что с большой долей вероятности она — призрак. Призрак какой-то женщины рода, продолжающей после смерти защищать его имущество. Или…
По моей спине пробежал холодок. Не хотелось о подобном думать, но ходили слухи о ритуале создания Хранителя, древнем, еще дохристианском. В результате этого ритуала появлялся Хранитель рода, который вел себя вот примерно так, как Голос — защищал род и его имущество. Только вот для создания такого охранника требовалась жертва. Человеческая. Неприятно думать о том, что где-то под этим теремом закопан скелет женщины…
— И вообще — ты зачем про близость заговорил?
— А?
А правда — зачем? Блин, сбила меня с мысли… во, вспомнил!
— Просто хотел предложить тебе кое-что.
— У тебя подружка есть. Ей своё кое-что предлагай.
— Да блин! Голос! Я хотел предложить Викентием меня называть!
Голос помолчала.
— А Викешей можно? — осторожно спросила она.
— Можно, — махнул рукой я.
— Это значит… Я для тебя… Семья?
— Ну да. А разве не так?
У меня в моей безумной семейке уже есть скоморошка, ведьма, княжна, бесовка… Еще и призрак — женского рода, ну конечно! — вполне органично впишется в эту компанию.
Голос, кажется, всхлипнула.
— Спаси тебя бог, Ви… Викеша… Мне так одиноко было, все это время… Когда мою семью перебили… Ты нашел кто это сделал? — деловито и «логично» поменяла она тему разговора.
Упс. Вот тут — проблема…
— Не нашел. И не найду уже. Запретили мне.
— Ктооо? — полупрошептала-полупрошипела Голос.
— Царь, — коротко сказал я.
Голос замолчала. Я напрягся. Кто ее знает, как она отреагирует…
— Ну, раз царь… — наконец сказала она, — Против царской воли не пойдешь. Если он запретил — не обойдешь. А узнать хоть что-то успел?
— Успел, — решил я закрыть этот вопрос сразу, — Точно, вот так чтобы совсем точно — не узнал, но, скорее всего — Романовы это были.
— Романовы… — Голос задумчиво покатала на языке — или что там у нее? — фамилию, — Романовы. Ро-ма-но-вы… Не помню…
— Их род сто лет назад уже был, — удивился я.
— Род был… Только зачем ему мой род уничтожать? Не ссорились мы никогда. Не дружили да, но и не ссорились. Не понимаю. Не понимаю.
«А не хотели ли они Источник Сисеевых забрать?» — хотел спросить я. Но не спросил. Нет, вовсе не потому, что вспомнил о том, как Голос зависла на предыдущем вопросе об Источнике — к моему стыду я об этом напрочь забыл. Что⁈ Ночь на дворе, я полусонный! Так вот — я не спросил не потому, что что-то вспомнил, а потому, что не смог.