Да из какого гранатомета по мне садят⁈
Хотя… Если наложить на пулю и ружье правильные Слова… Можно получить и вот такой эффект. Хорошо хоть, что стрелок сквозь стены все же не видит и пальнул наугад… Я вжался в пол, тихо молясь, чтобы не сглазить и чтобы этот снайпер действительно не видел сквозь стены. В конце концов — первый раз он выстрелил все же через окно…
Ничего.
Я выдернул щепку — больно, блин — и принял решение валить отсюда. Вот только… На столе остались лежать Изумрудный Венец и деньги. Деньги — мои. А что с Венцом делать? Оставить здесь? Так мало ли что — сопрут и гадай, у кого он окажется. С собой забрать? Так вроде как бы неправильно — он уже не мой, продан… Ладно. Если у Дашкова найдутся наследники — отдам им. А сейчас — надо валить.
Я на брюхе подполз к столу — я ящерица, ящерица, я вовсе не мишень… — не поднимаясь, протянул руку, схватил Венец, другой рукой ухватился за мешок…
Грохот!
ТВОЮ МАААААААТЬ!!!
Забыл, ворона ты боярская, сколько весят семь тысяч золотом? Вот и получай — с первой попытки схватить мешок не получилось, пальцы соскользнули с кожи, а когда ухватил его посильнее — выяснилось, что потратил на мешок уже несколько секунд и гребаному снайперу этого хватило.
Мне пулей руку перебило! Господи, больно-то как, ааааАААА!
Так. Отставить панику, сссука… Что там с рукой?
Хреново с рукой — кость все же вроде бы не задета, пуля прошла вскользь, но, с учетом ее мощности, даже этого «скользя» хватило на то, чтобы разнести в клочья рукав кафтана — «клифт фартовый покоцали», всплыла в голове фраза из какого-то веб-комикса — и оставить рану, из которой толчками выплескивалась кровь.
«Артериальное кровотечение» — всплыла в голове мысль, затверженная на уроках ОБЖ. Господи, благослови нашу Зинаиду Александрову, которая вбивала в нас знания, а мы, дураки, ее не слушали. «Зачем нам это дурацкое ОБЖ?». Вот за вот этим!
Наложить жгут. Я сорвал пояс и накинул его петлей на руку. Сделано.
На место выше раны. На плечо, выше бицепса, чтобы нерв не пережать. Сделано.
На одежду или прокладку. Сделано.
Закручивать, пока кровь не перестанет идти. Крутанул пояс пару раз. Руку пережало, кровь затихла. Сделано.
Зафиксировать жгут. Сделано.
Держать его не больше получаса. Ну, за полчаса я найду лекаря, который остановит кровь. Я, в конце концов, не посреди леса, а посреди Москвы…
Кстати, а ведь верно — я посреди Москвы, в Разбойном Приказе, в пяти минутах от Кремля. Где? Где реакция? Тут стреляют, убивают главу приказа — и ничего. Хотя бы кто в кабинет зашел. Где, в конце концов, хотя бы мои собственные стрельцы, они за дверью, ждут меня в коридоре… Где они?