[5] Это проклятие нашего рода! Позвольте представиться: поручик Торопецкий, Тринадцатый гусарский Нарвский, его императорского королевского величества императора германского короля прусского Вильгельма Второго полк! — Кха… Для Юли гусарский полк имени германского императора накануне войны с немцами звучал так же, как, скажем, танковая бригада имени Адольфа Гитлера в СССР 1937 года. — Позволено ли мне будет узнать имя прелестной незнакомки? — Юлия Лазаревич, жена Руслана Лазаревича, торговца мебелью из Нью-Йорка, ныне — инженера автомобильной фабрики Фрезе. — Вы американка? — Упоминание о муже лихой гусар проигнорировал. — Совершенно верно. Поэтому нам нужно прекратить разговор, прежде чем мой муж найдет свой верный кольт. — Могу ли я надеяться увидеть вас еще раз? — Почему нет? — Юля улыбнулась. — Если вы настоящий гусар, вы сможете меня найти. — Позвольте вас оставить. Но обещаю — я вернусь! Осчастливленный гусар зашагал прочь, напевая: «Околыш желтый, голубая тулья и долман голубой…» Лимонад был вкусным. На самом деле — лимонным: приятно кисловатым, освежающим, в нем не было приторной сиропности современных лимонадов. — Спасибо. — Аня поставила стакан на лоток. — Угощайся, деточка. А ты что, тоже лимонада хочешь? Аня посмотрела вбок. У лотка стоял, с тоской глядя на искрящийся напиток, мальчишка примерно ее лет. В потертой, но чистой одежде, ботинках, в черной фуражке. Первое, что бросалось в глаза, — это замечательно длинный нос, торчащий вперед как румпель. Или бушприт? Что там у кораблей торчит спереди? — Денег нет, — басом сказал мальчишка. И сглотнул. — Хочешь, я тебя угощу? — А я тебе за это что? — Ничего. Просто так. Мальчишка пожал плечами. Аня заплатила за два стакана, потом посмотрела на горящие глаза и взяла еще один. Они уселись на лавочке возле лотка. — Спасибо, — сказал мальчишка, допив первый стакан. — Селедки наелся, пить захотелось — страх! Он вынул из кармана бумажный сверток, из которого торчали три головы копченых селедок. — Меня зовут Аня. А тебя? Мальчишка подавился лимонадом: — В… Володя. Аня протянула ему руку. Володя с сомнением посмотрел на нее, потом на свои ладошки, но пожал. — Ты где живешь? — спросил он. — В гостинице. — А… ты не местная. — Нет, я из М… этой… из Америки. — Правда? — Глаза Володи загорелись. — На корабле сюда плыли? Здорово, наверное? А я вот моряком хочу быть… — А как тебе здесь, у нас? — Нравится, — хмуро сказала Аня. — Очень. Они сидели, болтали о разных пустяках, выпили еще лимонада. В конце концов, когда