уехать? Вообще-то да. Как-то это… бежать из страны перед войной… некрасиво выглядит… С другой стороны, ты ТОЧНО знаешь, что война будет. И не просто бежишь, но пытаешься помочь… Хм… все равно как-то выглядит… Короче, Склифосовский! Кстати, интересно, жив ли он еще? Так, не отвлекайся! План остается прежним: помочь России и уехать в Америку. Красиво, некрасиво — уезжать! Теперь по письму для Федорова…' — My dear wife and [15] дочь… тьфу. — Руслан, держа в руке конверт, прошелся туда-сюда по комнате, мимо сидящих на диване Юли и Ани. — Let’s speak [16] по-русски… да тьфу ты! Аня захихикала. — В общем, — Руслан посмотрел на закрытую дверь, хотя Танюша давно ушла за продуктами, — я хочу с вами посоветоваться. Он прошелся еще раз. — Мы с вами знаем, что Россию ждут война, революция и еще одна война. Поэтому я еще в Луге решил, что нам нужно отсюда уезжать. В Америку. На это заявление девчонки отреагировали спокойно. Они уже давно привыкли, что если Руслан решил, то он сделает. — Но! Уезжать, совсем ничего не сделав для страны, совсем ей не помочь — неправильно. Поэтому… — он вздохнул. — Я хочу немного помочь. Совсем немного. Чуть-чуть. — Отлично! — Юля потерла руки. — Кого будем стрелять? Ленина, Сталина? — Юля. — Николая, Керенского? — Юля! — А что? Мы все равно ни того, ни другого убить не сможем. — Никого мы убивать не будем… — Мы… — И склад искать мы не будем тоже! Клад. — Просто нам интересно, что это за небольшая помощь. Руслан вздохнул. — Да конечно нужно отправлять! Что тут еще думать? — Юля, думать нужно, чтобы на нас не вышли. — Руслан. Я уверена на сто два процента, что ты уже все продумал и тебя волнуем исключительно мы… Она подошла сзади к сидящему за столом мужу и обняла его, щекоча волосами. — Мы тебя поддерживаем. В конце концов, мы — семья. Единственное, что меня беспокоит… Руслан печально посмотрел на конверт: — Маньяк. — Он, родной. Теперь на конверт смотрели все трое. — Маньяк — это проблема. И как любая проблема — это решаемо. Осторожность, сугубая осторожность — и ему ничего не светит. Юля, ты поняла? Осторожность. — Да поняла, поняла. Значит, любимый муж, действуй. Вот тебе наше полное одобрение и поддержка с тыла. Юля поцеловала Руслана в макушку. — И мое тоже. — Аня обняла отца за шею и тоже поцеловала. — Папа, тебе помочь чем-нибудь? — Нет, Анюта, — устало сказал Руслан. — Главное — не мешай… Наверное, из-за бессонной ночи он выбрал не самый правильный тон. Аня пошла красными пятнами, медленно встала и вышла из комнаты. — Руслан,