вел — прошел дальше, за занавеску, закрывавшую дверной проем во внутренней бревенчатой стене. Еще одна комната. Справа перегородка, слева — стол, лавки, иконы. — Присаживайтесь. Сам хозяин сел за стол, Руслан, Юля и Аня сели на лавку вдоль стены. Лазаревич снял шляпу, положил рядом с собой. — Лазаревич, Руслан Аркадьевич. — Руслан протянул руку, но рукопожатия не получилось: свою ладонь хозяин не подал. — Моя жена Юлия, дочь Аня. — Прямо получаетесь — Еруслан Лазаревич, — хмыкнул тот. — Уж простите старика за назойливость: из каковских будете? Имя татарское, фамилия жидовская, на иконы не креститесь… Руслан мысленно проклял себя за забывчивость: в дореволюционной России все было просто пропитано православием. — Русский я. Вернее белорус. И фамилия белорусская. Получилось немного с вызовом. Да к тому же мгновением позже Руслан понял, что прозвучало крайне неосторожно: о такой нации, как белорусы, если вспомнить Короткевича, в это время старались не вспоминать, и всех белорусов оптом записывали русскими. Так что человек, называющий себя белорусом, — все равно что в наше время чеченец, представляющийся вайнахом… Впрочем, старик ничего против «белорусского националиста» не имел. — Гусев, Николай Фомич, — вполне мирно представился он. — Отец Сашкин. — А-а… — дружно протянули Лазаревичи. — Для чего его ищете? — Господин Ратников сказал, что ваш сын хочет уехать в Санкт-Петербург, на автомобильную фабрику господина Фрезе… — Хочет, — кивнул Гусев-старший. — Я хотел бы познакомиться с господином Фрезе… «Что у меня господины постоянно на языке?» — … Я сам занимаюсь на досуге конструированием автомобилей, хотел бы обсудить с ним несколько интересных задумок. Если его заинтересует — вступить с ним в долю. «Незачем всем знать, что „богатый“ американец просто ищет работу инженера». — Сам я собираюсь в вашу столицу не так скоро, поэтому хотел бы с вашим сыном передать письмо… ну и… узнать у него, что за человек — господин Фрезе. — Вы тот самый американец-автомобилист? — Ну да. — Зачем к нам в страну приехали? — Просто так, посмотреть… — Понятно. Наступила пауза. — А вы тоже на лесопилке работаете? — спросил Руслан. Ну чтобы что-то спросить. — Работал, — криво усмехнулся Николай Фомич. — Сейчас на пенсии сижу. Уже шесть лет. — Что я тебе говорила. — Юля ткнула Руслана в бок. Они как-то поспорили насчет того, были ли пенсии в Российской империи. Юля нашла ссылку на статью в Интернете о том, что были, и довольно неплохие, а Руслан раскритиковал ее. — По старости? Пенсия-то?