Весь окровавленный аристократ приземлился перед воротами акеронского дворца-крепости. Именно здесь прятался за юбкой своей троюродный сестры Делсираан Венхидор, загнанный в угол и скорее всего уже готовый принять свою смерть. Его выходка стала последней каплей, хотя с другой стороны… всё к этому шло. Судьба эльфа предрешена, а имя палача определено его действиями. В свою очередь у Ланса имелся лишь один шанс вернуться в Эдем и попытаться выполнить свою цель. Так что второй сын Зелгиоса Торвандори следовал намеченному сценарию, пойдя на сделку с самим дьяволом. Ничего другого не оставалось.

К точке сбора постепенно подходили такие же окровавленные гвардейцы. Многие из них приносили с собой дары. Отрубленные головы, руки, ноги, пальцы… куски тел с помощью инженерных машин бросали через стену, на которой уже стояли остроухие защитники, надеявшиеся, что стража явится на зов с подкреплениями давних друзей и союзников. С первого дня появления этого безумца в Акероне началась бойня. При этом главы доминионов в большинстве своём либо бездействуют, либо прячутся. Полностью децентрализированная система дала сбой, хотя некоторые грани переходить некому не позволят. Эльфиский город оказался неожиданно слаб и беззащитен.

Впрочем, Лансемалион Бальмуар точно всё рассчитал и знал, что делает. В том числе поэтому под не такую уж и высокую стену уже подгоняли пленников. Семьи лариосов, старые друзья, драгоценная эльфийская кровь. Может это заставит Делсираана выйти и умереть? Навряд ли. Как и помощи этому клану, состоящему из нескольких семей, ждать не стоит. Два года с первой пролитой в Акероне крови прошло. Методично истребилось вся гадость, которая теоретически может помешать. Также и союзники, включая герцога Ле Нобель, который открыто порицал чуть ли не каждое действие своего старого друга, но в тайне через третьи лица продолжал оказывать помощь, ведь, как и сам аристократ, он понимал кто вернёт стабильность в этот хаос. Победитель уже известен, если ты не дурак. К сожаленью дураков в Эдеме, как оказалось, чуть ли не половина. Активных дураков почти четверть.

— Лансемалион Бальмуар! Именем Гильдии! Остановитесь! — вдруг прямо на улице появился безликий служитель Этия.

Он будто зачитывал приговор, перечислял все преступления, требовал сложить оружие и сдаться. Гильдия устала. Гильдия не может терпеть. Гильдия будет вынуждена принять радикальные меры… Гильдия так слаба и никчёмна, что может лишь говорить. Это смешило аристократа, да и не только его. Раньше бы сюда сразу карающую длань Этио Апотелос прислали, которая бы сначала привела приговор в исполнение, а затем бы уже зачитала его вслух, чтобы другим не повадно было. Но правила игры действительно поменялись.