Покрытые копотью поножи Литаса молчали, а гул их стал каким-то будто траурным. Били волны лазурного перстня, но тоже тихо, будто стараясь не тревожить чужой покой. Но у ученицы же был и третий артефакт, самый неприметный, который просто спутать с безделушкой. Ещё один перстень с мутной поверхностью, его Лансемалион Бальмуар всегда носил на указательном пальце правой руки. А гладкий камень, окаймлённый металлом… он не напоминал ни алмаз, ни изумруд, ни рубин… будто это и был простой отполированный камень, со временем испачкавшийся и помутневший, из-за чего напоминал хмурое небо. Этот перстень позволял подчинять воздух, но теперь покрылся ужасными трещинами и замолчал, как и исчез незнакомец, который до этого помогал своему новому носителю.
Ада тут же захотела спросить, кому же принадлежал этот артефакт ранее, но вдруг лишилась дара речи, ведь уже знала ответ.
— В этом нет твоей вины, — своим голосом сир Лейнсталь прорезал сами мысли и тем самым немного успокоил свою гостью. — Пойдём, нам нужно подняться на поверхность. Халсу’Алуби нужен целитель и как можно скорее.
И ученица спрятала за спину меч, что стал внезапно в тысячи раз тяжелее. Оружие, выкованного из того, что и играло определяющую роль личности своей создательницы. Шедевр, созданный из материализованного невиданного упорства, что было показано как Лансемалионом Бальмуаром в преисподней тринадцать лет сражающимся с врагом без остановки, так и Халсу’Алуби, наплевавшим на все риски и логику, дав сиру Лейнсталю шанс на борьбу, когда все злые языки твердили о рациональной необходимости замены. И во всём этом помогал незнакомец, неожиданный союзник, тот кто в своём упорстве когда-то превзошёл всех других, повлияв тем самым на всё своё окружение.
Всё это и стало сердцевиной оружия, ради которого пришлось возможно слишком многим.
Глава 3
Никто не мог точно сказать, что случится при использовании Рождённым в Греху Сердца Вулкана. Однако вероятность критического исхода духовенство и Гильдия оценивали как крайне высокую. По этой причине и оказался изъят могущественный артефакт, чтобы потом было легче разбираться с сошедшим с ума хранителем. Однако по всей видимости Халсу’Алуби видел нечто, что ускользнуло от взгляда безликих аналитиков. А может и не видел, а лишь хотел видеть.
Но так или иначе сир Лейнсталь в результате смог очиститься и ещё раз доказать, что не зря его когда-то назначали на этот пост. Возможно, и вовсе тысячу лет назад кто-то ошибся в подсчётах вероятностей, недооценив не такого уж и слабого рыцаря. Когда-нибудь этот вопрос поднимется снова и произойдёт бескомпромиссное разбирательство с виновными, а пока что проклятый остров успокоится на долгие века.