— А Ада к нам заглянет? — с некоторой долей мертворождённой надежды спросила Лили. — Помню она когда-то приезжала…

— В этом году вряд ли, у неё очень плотный график. Тренируется без остановок.

— И без выходных, — подтвердил Ланс, откладывая столовые приборы.

— Таков выбранный для неё путь. Выбранныйвами путь, — осуждение прямо так и звучало в голосе зверолюдки.

Разговор явно не клеился и снова воцарилось молчание. А на столе всё также продолжало лежать запечатанное письмо. Много времени прошло, вот уже и ночь ложиться на улочке. Кругом веселье и играет музыка. Всё, как и тогда, за исключением одного важного момента. И наконец-то терпение у Лили кончилось, после чего она снова заговорила:

— Знаете, вы, маги, такие сильные и так долго живёте… Для вас мы лишь страница из жизни, а порой и вовсе только короткое предложение. Поэтому вам и не хочется заводить с нами дружбы. Оно и понятно, дракону же плевать на муравья. Но знаете, наша жизнь в принципе короткая, и уже вы по отношению к нам можете быть целой главой, аркой или и вовсе всем. Многие смертные даже боготворят архимагов, идеальных, мудрых, решающих все проблемы. Берут с них пример и восхищаются своими героями. В каком-то смысле, вы что-то вроде богов для нас. По крайне мере мы одинаково безуспешно пытаемся привлечь ваше внимание. В свою очередь вы всегда заняты чем-то куда более важным…

Лили замолчала и снова набила трубку табаком. Пальцы её жёлтые, лицо морщинистое, гладкая шёрстка поредела, глаза стали тусклыми и нет уже более той резвости, с которой она бегала между столиками. Время беспощадно, оно не обойдёт стороной никого.

— Он всегда с досадой вспоминал о том, что так и не смог с вами расплатиться, — уже не только осуждение читалось в голосе зверолюдки, но и неприкрытая обида. — Вы так много для него сделали, стали для него личным ангелом-хранителем. Он этого не забыл и всегда считал вас своим другом, предвкушая тот день, когда вы всё-таки сдержите слово и навестите его. Но… время это же самое ценное что у нас есть? Именно оно определяет ценность чего-то. Оно же является главным критерием дружбы, которая требует много времени. Мы уделяем всего себя второй половинке, карьере… количество часов, затрачиваемых на что-то, и определяет роль чего-то в нашей жизни. Вульф понимал, что у вас куча дел. Наверняка на ваших плечах находятся судьбы миллионов, вы же лариос, хранитель стабильности… И он никогда не обижался на вас, всё понимал. Понимал и ждал. Только вот лично я не могу понять одного момента… Неужели за почти сорок лет у вас не нашлось хотя бы одного свободного дня, чтобы съездить в Сарос? Неужели даже этой крохи он не заслужил? А письма… последние тринадцать лет у вас даже не стало хватать времени, чтобы лично написать? Думали, глупый зверолюд ничего не поймёт и не заметит? Так вот нет, он всё сразу понял и это его сильно ранило. Вашему рабу нужно было лучше подделывать стратегию игры в тертатон.