В результате у каждого свой правильный и разный смысл жизни. Сам создаёшь ценности, сам отвечаешь себе на вопрос об их важности. Они могут быть выше желание плотно пожрать и потрахаться, а могут и не быть. Можешь считать своим истинным способом самореализации постоянно примыкание, а можешь гнуть свою линию. И по всей видимости смысл жизни это не что-то, что дали нам Творцы. Ведь их Законы вполне объективны, а смысл же жизни никогда таковым не станет. А может и станет, откуда нам знать. Но по крайне мере можно с уверенностью заявить — путь к этой истине полон разрывающих душу неопределённостей, что способны свести с ума смертного, желающего достигнуть столь недостижимой объективности. Ведь достижение объективности (не нужно путать с непредвзятостью, совершенно разные слова) будет означать становление одним из Творцом, идеальным и упорядоченным, как математическое уравнение. Ну а пока что остаётся находиться между сверхглупцом и сверхчеловеком и страдать.

Ада часто задавалась вечными вопросами. Даже сейчас, стоя над поверженным противником, она пыталась понять: достойны ли её цели всех этих жертв? Жизнь от одной победы до другой, бесконечные тренировки, чтобы подготовить тело и разум к ещё более жестоким тренировкам. Победы, победы и ещё раз победы, они уже не радуют столь же сильно, а принимаются как данность. И чем дальше она заходила, тем больше возникало вопросов. Ведь… по всей видимости она так и умрёт, здесь на песке, развлекая толпу, служа чужим интересам и живя… по всей видимостью даже не своей жизнью. Это угнетало.

И иногда, когда получалось отдохнуть и посетить Хранителя музея, чему в расписании за последние семнадцать лет места не находилось вообще, Огненная Бестия размышляла над своим смыслом жизни? Может быть есть альтернатива? Да уж, хуже всего на середине пути понять, что идёшь не туда… И после приобретения нового меча, вопросы начали звучать чаще обычного, будто бы из-за появления невиданного упорство мироздание начало резко восполнять нарушившийся баланс, что сопровождалось сомнениями. Сомнениями, которые так или иначе слишком малы и тонут во все поглощающей решимости. Ведь поздно уже сворачивать, после всего сделанного. По всей видимости придётся остаться заложником старых целей, принятых поспешно и под воздействием внешних факторов.

— Храни меня Этий, сколько же в ней силы… — с ужасом прошептал Синрив, сидящий рядом с аристократом. — Она рвёт в клочья всех своих соперников, не взирая ни на раны, ни на усталость. Каждый раз кажется, что вот-вот и её предел явит себя, как нечто просто отодвигает его ещё дальше.