— Что вы хотите? — хмуро и дерзко спросил Спиридон Харитонович.

— Сущую мелочь! Вовсе для вас необременительную. Вам надлежит исчезнуть на три ближайших дня из города, по возможности, прихватив с собой побольше полицейских чинов.

— Чтобы вы устроили грабежи и погромы⁈ — вскинулся Неровня и уселся, свесив ноги с кровати и уже не стесняясь своей наготы.

— Вовсе нет, милейший! Возьмите подштанники, — «соломенная шляпа» протянула нижнее белье помощнику исправника. Пока тот облачался, незваный гость продолжал объяснять расклад. — Грабежи, разбой — это не наш метод. Никакого уличного насилия. Никакой крови. За это можете быть спокойны.

— Так что же вам нужно, негодяи?

— Маленький сбор на дело революции. Добровольный! — главный «негодяй» внушительно потряс своим здоровенным ножом, заставив Неровню несколько поумерить обличительный пыл.

— Так вы революционеры!

— Вы очень догадливы, капитан Очевидность!

Хотя по Табелю о рангах 8-й класс соответствовал званию капитана, Неровня почувствовал себя задетым. Но в перебранку вступать не решился. Лишь уточнил:

— Что будет с фотографиями?

— Как что? Напечатаем. Хотите открытку на толстом картоне? Или что-то художественное в овальной рамке? Единственное, что не обещаю, так это адреса фотоателье на обратной стороне. Наш фотограф — большой спец по порнографическим карточкам, но афишировать свое мастерство — не в его правилах.

— Прекратите свое зубоскальство! Не нужны мне ваши открытки. Дайте гарантию, что, если я выполню ваши условия, фотографии исчезнут.

— За гарантиями — это вам в страховое общество «Россия», что в старой столице, на Лубянке. Вам придется довериться своей интуиции и простому соображению: к чему мне ваши изображения в стиле ню? Я, знаете ли, не любитель подобных штучек. Через несколько дней, когда вы вернетесь обратно, жизнь войдет в привычную колею.

… Я — а кто же иной мог быть тем негодяем в соломенной шляпе и с ножом Боуи? — вышел из дома мещанки Василисы. С наслаждением потянулся. Оглядел пустынный город с его каменными и деревянными домами, крепкими лабазами, уютными церквями, раздолбанными мостовыми и пасущимися у Оки коровами. Белев, погруженный в приятный послеобеденный сон, еще не знал, что в городе сменилась власть. Что он теперь в моих руках. Все его 28 купцов 2-й гильдии и шесть сотен 3-й.

А все началось в Москве, на квартире Пузана, когда я пришел за паспортом и разговором о налете на банк.

— Экспроприация? — удивился главвор, не спеша объявлять мне приговор за поддельный вид на жительство. — Удивительно, как совпало. Только что явился ко мне студент с точно таким же предложением, но масштабом повеселее.