Пальцы главы клана ледяных драконов ослабли, и я уверенно направился к танцующей паре, уговаривая себя, что я — разумный, именно я властвую над своим драконом, который сейчас будто сошел с ума. И чтобы произнести следующую фразу как можно беззаботнее мне потребовалось все мое самообладание:

— Ваше высочество, позвольте украсть вашу невесту, — и сделав небольшую паузу, добавил: — на один танец.

Алисия Вильтерос

Пальцы в ладони дрогнули. Вопреки здравому смыслу и собственной гордости, хотелось сделать шаг навстречу Дану, оказаться в его объятиях, закрыться от собственного жениха за надежной спиной черного дракона.

Оливер едва заметно напрягся. Мужчины неотрывно смотрели друг на друга. В глазах обоих бушевали такие ураганы, но при этом на лицах — вежливые улыбки, словно каждый не прячет за спиной кинжал. Или же этот кинжал лишь надуманный моим воображением?..

— Украсть… — повторил Оливер и приподнял уголки губ. — На один танец. Ни больше, ни меньше. Я несколько ревнив.

— Неудивительно, — откликнулся Дан и перевел взгляд на меня, — с такой красавицей-невестой.

Дан шагнул ко мне, а Оливер наоборот отступил, напоследок сжав мою ладонь, будто предостерегая. Неужели он думает, что я сделаю нечто непозволительно на глазах его подданных?

Стоило черному дракону оказаться рядом, как все мысли вылетели из головы. И мысли об уязвленной гордости, и о нормах поведения приличной леди, и об обещаниях, данных самой себе.

Он действовал на меня пьяняще, сводяще с ума, очаровывающе. Казалось, даже воздух вокруг нас накалился. Его величество Ардаан Ониксовый смотрел исключительно на меня, словно ничего вокруг не существовало. А существовало ли? Быть может, мы давно на краю пропасти? А оглядеться и посмотреть не могу — не в силах оторвать взгляд от ониксовых омутов, в которых ураганы стихали, оставляя за собой безмятежность и спокойствие.

Безмятежность⁈ Да какое он право имеет на неё, когда вывел меня из душевного равновесия? Когда влюбил, а потом… потом…

Зла не хватает! Он тут развлекается на приемах, а мне — ждать его в академии, мучится перед неизвестностью, ожидать его вердикта? Нет уж! Я бежала от Оливера, который принимал все решения за меня, который не ценил мои чувства, второго такого же мне не надо. Хватит одного.

— Пожалеете, ваше величество, — проговорила я. — Боюсь, после этого танца вы о многом пожалеете.

Дан прищурился, но не ответил. Обхватил ладонью мои пальцы и невероятно бережно положил вторую руку на талию, осторожно притянув к себе, словно я фарфоровая кукла. Совсем как та, которую он однажды склеил в детстве.