Сначала я онемела от удивления, а затем нашлась что ответить, и голос звучал предельно холодно:

— Вы не в праве разлучать истинную пару. Как же ваш драконий кодекс чести? Никто из вас никогда не вставал на пути истинности!

— Не в этот раз, — сухо прокомментировал Тияр. — Прости, Лиар.

— Вы зовёте меня Лиаром, хотя все, кто знает о моём истинном облике, называют Лирой. Почему?

Ректор застыл и сложил руки на груди. Он знал моё настоящее имя, поэтому. И звали меня, судя по всему, вовсе не Лирой.

— И кто знает о твоём истинном облике?

Ой, кажется, зря я об этом упомянула.

— Не важно, — из вредности ответила я. — Расскажите же, что скрывается в моём прошлом. Почему вы так себя ведёте? И разве истинность не сильнее любой магии?

— В этот раз слишком рискованно проверять это утверждение.

Вот и что это значит? Обида охватила меня так резко, что я сама не знала, что делать со своими чувствами, настолько сильными, что мешали мне дышать. Со слезами в глазах я посмотрела на Тияра.

— Вы скрываете слишком много тайн, эрс Тияр. Например, моё истинное обличье. Да, и что за отношения вас связывают с Кёртис? Я помню ваш странный диалог в библиотеке.

— Ты шантажируешь меня? — правильно уловил ход моих мыслей изумрудный дракон.

— Если вам так угодно.

Мужчина усмехнулся. Я думала, сейчас пошлёт меня… чистить снег, например, но вместо этого он решил поделиться:

— Кёртис — моя бывшая возлюбленная. Она отвергла меня, мы провели обряд отчуждения, а затем она устроилась в эту академию. К сожалению, устроилась она через попечительский совет, а я не мог отклонить её кандидатуру — не я нанимаю сотрудников. Она хотела иметь доступ к лаборатории, потому что торгует запрещёнными зельями — она знала, что я буду её покрывать, так как всё ещё влюблен. Не мой дракон, а лично я, моя человеческая сторона. Тогда в библиотеке она сбывала один из эликсиров студенту, оставляя содержимое флакона между книг. Я не выдержал и пригрозил ей, о чём уже несколько раз пожалел ввиду наличия одного маленького беспринципного шпиона.

Это он сейчас обо мне? Такой трагичной историей я не могу пользоваться как козырем.

— Она ведь тоже вас шантажировала. Какой же секрет храните вы?

— Тебя, Лиар Рамбовский, ты — мой единственный секрет. Когда я пришёл в общежитие с тобой на руках в начале года, она увидела меня. И считает, что я занимаюсь чем-то странным, раз устроил в академию студента тайно, тем более принёс его лично.

Едва не подпрыгнула. Наконец-то! Я нашла что-то, напоминающее мне о прежней жизни, то, что может дать подсказку, навести на правильные мысли.