Неожиданно, рядом мелькнуло тело с криком:

— Жопа-а-а-а!

Проследив за ним взглядом, напарники увидели скелетона в полном боевом, вероятно, неосторожно посмотревшего вниз и не удержавшего равновесия.

«Наверное, ему не понравилось увиденное», — прикинул Зевс и лбом зарылся во влажную почву, чтобы не отправиться следом: «Повезло же оказаться выше, но так бездарно профукал преимущество».

— Лучше не поворачивайся, Ведьма. Не поворачивайся! Упрись краем доспеха в землю. Пусть придерживает тебя упором.

— Лучше не буду шевелиться, — выдохнула та.

Внизу между тем, происходили забавные вещи. Разделавшись с всадниками, дендроиды… полезли наверх!

— Да твою ж мать! — выругался Зевс.

Время словно ускорилось в десятки раз, а выжившие игроки наоборот замедлились. Цепляясь ветвями, вбивая в землю корни, втискивая их меж камней смертоносные растения приближались. А вместе с ними — приближалась их светлая сила. Ползти вверх для тёмных воителей, в то же время, стало почти невозможно. Даже с фантастической мощью мёртвых, подтягиваться вверх на одних руках, по скользкой траве, они уже не могли.

Очень скоро ближайший древочеловек достиг нижней линии отступающих. Защелкали удары рук-веток — словно удары хлыста. Игроков шлёпали как комаров или прибивали как тараканов, захваченных в липкой ловушке.

Но Зевс не смотрел. Он замер, как тот самый таракан при включенном свете. Вдруг не заметят? Сбоку лишь посматривал на подругу. Если что, подхватить за руку в последний момент.

Оба замерли, надеясь, что пронесёт. Прочие геймеры обгоняли их пару, но Зевс и не думал шевелиться, удачно зацепившись нижним краем доспеха за торчащий корень. Хоть какой-то упор. Когда угол наклона станет свыше 90 градусов, руки уже не спасут.

Ведьмочка, не утерпев, посмотрела вниз.

«Господи, ну и высота-а-а-а»! — подумала она.

То, что недавно было пустой равниной, превратилось в горное плато, возвышающееся над землей едва не на полкилометра.

«Проклятый виртуал»!

Избитые, мокрые, еле живые, в одних грязных металлических панцирях, они впились в него, как рудокопы в грунт.

Определенно, у скелетов работал несуществующий мозг или какой-то неизвестный виртуальный заменитель, иначе мир бы так не вращался, напоминая о привычном человеческом головокружении от усталости или страха. В глазах мелькало и мельтешило. Их подташнивало. И руки слабели!

Застыв, выжившие смотрели в небо. Чужое, несуществующее. Но такое сумрачное и прекрасное!

— Чёрт побери, я хочу жить, — обронил Зевс шёпотом.

Сильнейший ливень лупил в лицо, смывая грязь и усталость. Дерзкий, бодрящий, почти обжигающий холодом, он напоминал о главном — надо жить!