Я снял с седла запасное копье и воздел его ввысь, готовясь…
УДАР!
Копье пробило голову зеленого дракона насквозь, войдя аккурат рядом со стальным гвоздем. Зеленый дракон промчался ниже нас, а потом люто взревел в агонии и рухнул в пропасть, прямо с моим копьем в голове.
ДРАКОН УНИЧТОЖЕН!
УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН!
На этот раз мне больше ничего не дали, даже очков характеристик. Видимо, мне, как освободителю драконов, полагалось драконов теперь освобождать, а не убивать. И мне и самому было жаль, что пришлось казнить этого бешеного зверюгу. Освобожденный он бы принес мне много пользы, он мог стать моим сильнейшим союзником…
Но не вышло, тут уж ничего не поделаешь.
— Ты как? — спросил я Краснопуза.
Дракон в ответ пробурчал нечто нечленораздельное, его болтало и шатало в полете.
Прямо какое-то проклятие, что-то я совсем не берегу моих питомцев. Сначала погиб мой волк, на котором я ездил у орков, потом Вождеед, а теперь и Краснопуз явно собрался на тот свет.
Но этого я допустить никак не мог, Краснопуз мне еще понадобится для штурма столицы.
— Давай, дотяни хотя бы до леса! — взмолился я, — Давай, брат, ты справишься!
Я повесил на седло трофейный золотой меч императора.
Глава 19
Я был вынужден ждать еще два дня, пока Краснопуз не поправится. Моему дракону нанесли страшные раны, брюхо ему сожгли, а голову прогрызли до черепа. Покойный дракон императора оказался настоящим чудовищем во всех смыслах.
Но Краснопуз по итогу выжил и даже оправился от ран. Я же решил, что два дня погоды теперь не сделают, я хотел лететь в бой именно на Краснопузе. Этот дракон был боевым зверюгой, и он уже доказал и свою силу, и интеллект, и верность. Так что на другом драконе мои шансы выжить бы резко упали.
Когда Краснопуз полностью оправился от ран, я решил, что пора выступать. Я регулярно отправлял дракончика Храбреца на разведку к столице, и согласно его донесениям там за эти два дня ничего не изменилось. Разве что на домах вчера вывесили черные флаги — в знак траура по убиенному мной императору.
Кто сейчас управляет столицей, я не знал, мои новые переговорщики, которых Храбрец отнес к городу, просто не вернулись. Судя по всему, люди их убили в отместку, решив, что я бесчестно разделался с императором на наших с ним переговорах. Хотя у нас с императором был честный поединок, но люди теперь об этом даже слушать бы не стали.
В общем-то мне не оставалось больше ничего, как идти на штурм. Я был уверен, что как только моя орда разметает зверенышей у стен города — люди тут же перепугаются и сами пойдут на новые переговоры. А другого выбора они мне сами просто не оставили.