Вот такой агрессивной я Дар еще не видел ни разу. Я сначала даже не сообразил, о чем она толкует, и лишь через секунду вспомнил, что я вчера и правда пожег с дракона толпу ящеров, которая шла на столицу помогать императору.
— Эти рептилии были врагами, Дар, — напомнил я ящерке, — Я убил их в честном бою. Если бы я этого не сделал — погибло бы много моих парней-орков. А эти ящеры приняли сторону императора, они сражались за собственные оковы и за собственное рабство. Они не достойны твоей жалости.
Я говорил все эти умные и правильные слова, а сам понимал, что тут что-то не так. Дар никогда раньше не отличалась сентиментальностью. С чего она вдруг так разозлилась из-за какой-то тысячи пожженных ящериц? Или у неё взыграли древние инстинкты, призывающие защищать сородичей? Это было вполне возможно. Я только сейчас в полной мере осознал, что Дар — не человек, что она звереныш…
Хотя нет. Тут дело явно было в чем-то другом. В чем-то более глубоком.
Но долго размышлять мне не пришлось, Дар от моих слов настолько рассвирепела, что тут же выдала мне истинную причину своей измены.
— Ты убил дядю! — прошипела Дар, — Убил моего родного дядюшку, еще когда император был твоим другом. Погубил моего родича!
— Что? — а вот теперь я и сам разозлился, я уже даже был готов казнить неверную ящерку, — Да, я убил его, Дар. Но ведь твой дядя издевался над тобой, как и другие ящеры, он тебя обижал, потому что ты была половинчиком. Даже не отрицай этого!
— А я и не отрицаю, — зрачки глаз у Дар сузились и теперь стали совсем змеиными, — Всё так и было. Вот только он всё равно был моим дядей. Родной кровью! А ты его убил. Проткнул ему горло копьем, пронзил его чешшш-шую…
Так. А вот это уже интересно. Откуда Дар вообще узнала, что я убил её дядю? Я сам этого ящерке никогда не говорил, а при моем поединке с дядей присутствовала только Сев…
— Тебе Сев сказала? — спросил я.
Дар не ответила, только бессвязно и злобно зашипела.
— Отвечай на вопрос! — потребовал я, — Или примешь смерть.
— Предпочитаю смерть, — выдохнула Дар, дерзко глядя прямо мне в глаза.
Вот и что с ней делать? Убить? Подвергнуть пыткам? Простить?
— Ладно, в темницу её, — приказал я оркам.
Глава 18
К полудню я уже был в одном из орочьих лагерей, разбитых в густых лесах возле Дым-Горы.
Здесь все было спокойно, разве что орки были на нервах. Моя орда рвалась в бой, стояние на месте тяжело давалось моим свирепым парням. Но время для штурма столицы еще не наступило, если отправиться в поход сейчас — нас сильно потрепают на марше драконьими налетами, а у стен столицы мы просто все поляжем.