— Переговоры — вот единственный шанс остановить мою орду, — продолжил я, — А вы не хотите говорить, сами не хотите себя спасти, сами копаете себе могилу.

— Переговоров не будет, — отрезал пленник, — Приказ императора. Однозначный. Никаких переговоров с тобой.

— Император мертв.

— Знаю, — кивнул пленный, — Но он оставил нам завещание. И запретил вести с тобой какие-либо переговоры.

— Ага. Только вот сам император со мной переговоры вёл…

— Его величеству виднее! — вознегодовал пленник, — Он всё продумал. И его смерть ничего не меняет. Тебе не победить!

— А давай без лозунгов, — поморщился я, — Кто вообще сейчас управляет городом?

— Совет сыновей императора, — на этот вопрос пленник соизволил ответить, — Из восьми человек. И ни один из них не будет с тобой говорить. Так что сдавайся, уходи, иди на штурм и умирай, делай, что хочешь, но говорить с тобой не будут. Дети императора не нарушат наказа своего отца.

— Ну и дураки.

Я приказал унести пленного прочь с глаз моих. Пытать я его не стал, просто не было смысла. Я и так все видел своими глазами, когда летал сегодня к городу на переговоры. И то что я увидел — мне очень не понравилось.

После беседы с этим парнем я приказал моей орде готовиться. Штурм с каждой минутой становился все неизбежнее. Это будет кровавая бойня, но другого варианта люди мне не оставили.

Ближе к вечеру вернулся мой отряд разведчиков, эту дюжину орков я еще вчера ночью выслал вперед, чтобы они аккуратно разведали настроения зверорас, собравшихся защищать хозяев-людей у стен столицы.

Орки вернулись не одни, они привели с собой аж пятерых Кровавых орков, пожелавших перейти на мою сторону. Вот это уже было совсем кисло. Я ждал много большего.

— Прости, герой! — без обиняков прорычал командир разведчиков, — Мы дошли до столицы, и мы смешались с Кровавыми, как ты и велел. Но нас вскоре разоблачили, и никто не захотел нас слушать. Никто из зверорас не перейдет на твою сторону! Они слишком трусливы, им легче умереть за людишек, чем восстать. А Кровавые орки просто подкуплены. И пьяны. Так что с нами согласились пойти лишь пятеро этих храбрецов. Да и то, мы их увели лишь потому, что командиры Кровавых перепились браги!

— А гоблины? А йети? А великаны?

— С гоблинами мы поговорить не смогли, они слишком боятся орков, — покачал головой разведчик, — А языков великанов и йети мы не знаем. Они даже на человеческом не говорят.

Мой разведчик человеческий язык знал, потому я и отправил его агитировать зверенышей переходить на мою сторону. И я честно рассчитывал, что он приведет мне хотя бы тысячу защитников городских стен, если вообще не поднимет в их лагере полноценное восстание. Но он вернулся лишь с пятью парнями из Кровавых орков. Больше храбрости ни у кого из зверенышей, поставленных защищать столицу, не нашлось.