В очередной раз разложенный пасьянс не сошёлся, девушка закрыла окошко игры и покинула рабочее место. Она прошла по служебному коридору, хотела подняться к профессору, уточнить, нет ли у того каких поручений, и, если таковых не найдется, отпроситься домой пораньше. Всё равно в клинике делать нечего. Но едва подошла к лестнице, как услышала за стеной шорохи. София замерла, даже дыхание задержала, опасаясь увидеть выскочившую из полумрака крысу, но звук шёл из-под лестницы, откуда-то снизу. Да и на крысу это мало походило: будто каталкой били в стену. Крысы на такое не способны.

Некоторое время она медлила: любопытство подталкивало спуститься вниз, а тревога заставляла поскорее покинуть дислокацию нехарактерных для пустой клиники звуков. И всё же любопытство оказалось сильнее.

Девушка ступала осторожно, стараясь не стучать каблуками по кафельной плитке. Лестница вела туда, где никаких кабинетов не было. В подвальном помещении клиники хранился лишь хозяйственный инвентарь и старое лабораторное оборудование. И сейчас там точно не должно было быть ни одной живой души. Всех сотрудников София лично записывала в журнал, но в этот день в клинику явился лишь Альберт Германович, и сейчас он точно был наверху, в своей новой лаборатории.

Подвал пах сыростью и нашатырным спиртом. София тихонько продвигалась по тускло освещëнному коридору, теперь уже слыша звуки отчетливо: металлический скрежет и стон — в лучших традициях фильмов ужасов. Но любопытство сильнее страха. Ей удалось справиться с мелкой дрожью. Почти.

Под клинику переоборудовали довольно старое здание. Некогда это была настоящая лечебница для душевнобольных. Но в середине девяностых строение перешло в частные руки, клинику полностью переделали под центр психологической помощи, отремонтировали кабинеты, и только подвалы сохранили гнетущую атмосферу места заключения сумасшедших.

Девушка вдруг глубоко вдохнула и остановилась.

— Помогите, — расслышала она в очередном стоне. — Выпустите меня! — от последних слов София вздрогнула и хотела уже куда-нибудь побежать, но не смогла решить, куда именно. Не то спасать несчастного, не то подальше отсюда. Её взгляд скользнул по единственной двери в этом коридоре, и звук, по всей видимости, шёл именно оттуда. Но София медлила, не решаясь приблизиться. Вспомнила, что это помещение некогда называли изолятором. Конечно, сейчас им не пользовались, ведь здесь больше не имелось стационара, лишь кабинеты психологов и психотерапевтов. Но сейчас в изоляторе определенно кто-то был.

Отчего-то Софии показалось, что это вовсе не пациент. Откуда здесь взяться настоящему сумасшедшему? Но ключей от изолятора у неё все равно не имелось. Они были только у Каминского, он всегда таскал в кармане халата целую связку. Старый изолятор был одним из тех помещений, войти в который мог лишь сам профессор.